Свою первую книжку он издал сам, еще будучи студентом юридического колледжа у вас в Америке, где-то на Среднем Западе, и эта книжка неплохо разошлась. Его заметил какой-то издатель и выпустил еще одну, и она чуть даже не попала в рейтинг «Нью-Йорк таймс».
— И на основании этого ты полагаешь, что ему уготовано место на небосклоне суперзвезд? — не скрывая скепсиса, поинтересовался я.
— Да, Саймон, уготовано. Я только что заключила для него крупный контракт с киношниками и плюс к этому договорилась об авансе с семью нулями за его последующие три книги. — Нина чуть ли не мурлыкала от самодовольства, сообщая мне эти новости.
— Что ж, рад за него, — произнес я без всякого энтузиазма. — Но я все равно не собираюсь ставить свое имя на его книги. Да и зачем ему моя помощь, если издатели и так уже готовы отвалить такие деньжищи?
Нина засмеялась:
— Саймон, я не ему пытаюсь помочь. Я пытаюсь помочь тебе. Особенно после того, как ты отверг другие мои идеи насчет раскрутки твоего имени.
— Не понимаю, какая мне польза, если мое имя будет стоять на обложке абсолютно никчемной книги.
— Что ж… К счастью, не все мои клиенты столь щепетильны. Вот Декстер Харбо, например, с радостью готов помочь восходящей звезде.
— Знаешь, я ничуть не удивлен, что Декстер Харбо согласился подписаться под подобной белибердой, — заметил я. — Его собственное творчество
не намного лучше всей той шелухи, что настругал Данн.
— Может быть, это и шелуха, мой милый мальчик, но она будет продаваться. И принесет нам кучу денег, причем весьма немалую, и я с удовольствием загребу их себе. Эшфорд хотел пробиться в кинематограф, и я ему это устроила.
— И как же ты наткнулась на такое сокровище?
— На Эшфорда я вышла через общего знакомого, который уверял, что у парня есть задатки и однажды он превзойдет самого Гришэма. — Нина усмехнулась. — Я и прежде неоднократно слышала подобное, однако, встретившись с самим Эшфордом, решила проверить, каков его потенциал.
Не нужно было обладать особой сообразительностью, чтобы догадаться, какой потенциал интересует ее больше всего.
— Так, значит, Нина, ты считаешь, что в Лондоне молодой американский юрист с успехом проявит все свои способности?
Она сделала вид, что не заметила двусмысленности моих слов.
— Эшфорд отвечает требованиям сегодняшнего дня, обладает способностью подать себя публике, а остальное — дело промоутеров.
— Да будет так, — подвел я черту. Мне уже надоело слушать об этом мистере Данне. — Вернемся к более важному вопросу… важному по крайней мере для меня. Что делать с этой самозванкой?
— Я уже сказала, Саймон! Тебе не о чем беспокоиться. Я обо всем позабочусь. — Нина щелкнула пальцами, давая понять, что аудиенция окончена. — А теперь иди и не мешай мне работать.






