У его ног лежал окровавленный кухонный нож. Рыбин перевел взгляд на старуху.
– Что ты наделал?
– тихо спросил Рыбин.
– Не смотри ей в глаза, - пробубнил Сергей в ответ, не отрывая взгляд от кровавого пятна на полу.
Труп старухи лежал у стены. Из ран на груди бурыми пятнами растекалось по полу несколько литров крови. Лицо старухи замерло в последнем злобном взгляде. Странно, но участковому на миг показалось, что старуха смотрит на него. Тысячи капилляров налились красным цветом, вокруг радужки глаз. Смотрящих на него. Смотрящих так, словно... Словно она обвиняла Рыбина в своей смерти, как бы напоминая о том, что тот просто не обращал внимания на происходящее с ее сыном. Из открытого рта торчали несколько прогнивших зубов, окрашенных в темно-красный. Любой, кто хоть самую малость разбирается в криминалистике, может с уверенностью сказать, что перекошенное лицо покойника - это миф. Не бывает испуга на мертвом лице, равно как и злости или чего-то там еще. Но в данном случае все выглядело иначе. Старуху словно обволакивала ядовитая аура.
Участковый обошел тело и поднял
нож. В голову вдруг пришла мысль, что Сергей может одуматься и напасть на него. Но тот сидел смирно, не издавая ни звука. Перед глазами Рыбина все еще стоял озлобленный взгляд мертвой старухи. Стало не по себе, о того, что она сейчас смотрит ему в спину.
– Я вызываю наряд, Сергей, - сказал он.
Сергей лишь обреченно кивнул. Рыбин пятился назад, пока не оказался в проеме. Он осторожно взял окровавленную трубку и прислушался. Телефон не работал. Черт возьми, подумал Рыбин, он ведь как-то позвонил! Оставалось только ехать назад, в деревню. Он вернулся к Сергею:
– Поехали.
2
К полудню солнце начало плавить асфальт. От не выносимой духоты не спасали ни открытые окна, ни вентилятор, прогоняющий какой-никакой, но воздух по салону. Фреон в кондиционере закончился еще в прошлом году. Олег обещал к лету заправить, но за обилием иных проблем, проблема с жарой в машине жены (неофициальной) к лету показалась ему не столь уж значительной. Аня и сама не настаивала, пока все ее передвижения ограничивались короткими пробками в центре города и поездками в магазин.
Машина мчалась по шоссе уже несколько часов. В салоне стоял запах сигарет и асфальта. Теплый ветер трепал собранные в хвост на затылке волосы. Она сделала глоток воды, теплой, как моча и сморщилась. Подкурила очередную сигарету. Никотин горечью осел в гортани. В лобовое стекло с глухим стуком врезалось тысячное насекомое. Аня размазала пятно по стеклу дворником, оставив желтоватую дугу.
Глаза слипались от усталости. Из слабеньких динамиков лился голос молодой знаменитой певички. Аня не решилась полностью отключить звук, но все-таки сделала тише, чем обычно. Всему виной суеверие.






