ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Реквием, Автор - Джойс Грэм, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Реквием Джойс Грэм Реквием, Автор - Джойс Грэм, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Посвящается Сью, которая однажды сказала мне: «Давай поглядим, что там, наверху?» Акротерий на Коринфе, 11 октября 1988 года. Около 4 часов ночи Хочу выразить благодарность и тем, кто одобрял мой замысел, и тем, кто предупреждал меня о трудности его воплощения: Дейву Беллу, моему издателю Луиджи Бономи, Рэмси Кэмпбеллу, Гэти Кэри, Питу Коулборну, Кристоферу Фаулеру, Дэвиду Гроссману (за вечерние беседы), Дейву Холмсу, Дэвиду Хоу, Сью Джонсен (за множество ценных идей), Крису Ллойделу, его преподобию Питеру Маккензи (за то, что он разрешил пользоваться его библиотекой и накопленными знаниями), Роду Миллеру и Рогу Пейтону, Филу Рикману, Мартину Тюдору, Хэлен и Квентину Уилсон и многим другим. 1 Вечеринка, затеянная перед летними каникулами одним из преподавателей – коллег Тома по школе, в которой он не успел отработать и года, – раскрутилась на полную катушку. Заметив, что запасы спиртного на кухне истощаются, Том спрятал бутылку пива под стул и направился нетвердой походкой в туалет. Вернувшись, он обнаружил, что в комнате начались танцы, так что к пиву пришлось добираться чуть ли не ползком. Он протянул руку, но в темноте вместо бутылки пива наткнулся на женскую ножку, за которую и ухватился. Изящная ступн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сняв туфли, он лег на кровать. Сразу пришли мысли о Кейти, и он, не удержавшись, заплакал. Затем он уснул.

И тогда он услышал голос.

5

– Я пытаюсь рассказать тебе, что произошло, – сказала Кейти.

6

– Очень просто. Я уволился, и все тут.

– Но, месье… Быть учителем – это призвание.

Это не пальто, которое можно то надевать, то снимать. Вы не перестаете быть учителем только оттого, что министерство образования больше не начисляет вам зарплату.

– Зовите меня Том.

– Разрешите все-таки спросить вас: почему вы оставили столь важную, престижную и неплохо оплачиваемую работу?

Том все больше убеждался, что Давид Фельдберг живет исключительно ради того, чтобы говорить. Он постоянно крутился на кухне в надежде, что подвернется собеседник. Он очень ловко переходил от безобидных замечаний о погоде к обсуждению серьезных проблем, и вы даже не сразу осознавали, что вас втянули в спор, все ходы в котором заранее рассчитаны. Возникало ощущение, что вы играете в триктрак и держите в руках стаканчик с костями. Существовали определенные рамки и определенные правила разговора. Не допускались расплывчатые фразы, все слова необходимо было тщательно подбирать, а всякое небрежное, случайно оброненное замечание подвергалось ожесточенной критике.

Этим утром Давид снова повстречался Тому в кухне – точнее, он ждал его там, делая вид, что тщательно моет посуду. Он тут же предложил Тому крепкий, хорошо заваренный кофе вместо бурды, обычно подаваемой в гостинице, и пригласил Тома позавтракать вместе с ним, для чего попросил его сходить и купить круассаны в ближайшем магазинчике. Том предложил сходить в магазин вместе, но Давид

наотрез отказался выходить на улицу.

Когда Том вернулся, стол был уже накрыт. Во время завтрака старик с помощью хорошо отработанных приемов стал вытягивать из Тома информацию. Он выяснил, что жена Тома умерла, что ему тридцать пять лет, что он немного поездил по свету и внезапно бросил преподавательскую работу, но причин этого поступка раскрывать не собирался.

Том, в свою очередь, узнал, что Давид родился в Греции, жил в Париже, Лондоне и во французском Алжире и говорил, помимо языков всех этих стран, также на иврите и арабском. Скудный заработок, сказал Давид, он добывал переводами различных научных трудов.

– Ну, и каковы ваши первые впечатления от Священного города? – спросил Давид, переводя разговор на другую тему.

– Он разочаровал меня. – Том налил себе вторую чашку кофе.

– Отсюда можно сделать вывод, что поездка в Иерусалим имела для вас особое значение?

– То есть вы хотите спросить, христианин ли я? Да, христианин. Но я все

время об этом забываю.

– А почему вы разочаровались?

– Куда бы я ни пошел, все старались меня обобрать. Христиане, мусульмане, евреи. Как сговорились.