Была лишь Сара, чтобы урегулировать все связанные с этим формальности.
Поговорив с сиделкой, Сара сделала несколько необходимых телефонных звонков, удивляясь тому, что у нее дрожат руки. Стенли должны были кремировать завтра утром и похоронить на «Сайприс-Лон» в мавзолее, где он сам купил место еще двенадцать лет назад. Сару спросили, будет ли отпевание, и она ответила, что нет, не будет.
Похоронная служба забрала тело Стенли в течение часа, и Сара целый день пребывала в подавленном состоянии, особенно когда диктовала письмо его ничего не подозревающим наследникам. В соответствии с просьбой Стенли она предложила зачитать завещание в своем офисе в Сан-Франциско, если они пожелают приехать. А позже они могли бы осмотреть дом, который унаследовали, и решить, как с ним поступить. Нельзя было, конечно, исключать возможность, что один из родственников пожелает оставить его за собой, выкупив доли остальных, хотя и сама
Сара, и Стенли считали такую возможность маловероятной. Никто из них не жил в Сан-Франциско и едва ли захотел бы иметь там дом. Предстояло еще позаботиться о тысяче мелочей. На кладбище ей посоветовали предать прах Стенли земле в девять часов утра на следующий день.
Сара понимала, что ответы от наследников начнут приходить через несколько дней, а то и больше. Тем, кто не захочет или не сможет приехать, она отправит копии завещания, как только оно будет зачитано. Завещание Стенли еще должно быть утверждено судом. На то, чтобы разблокировать его капиталы, тоже потребуется некоторое время. Этим утром Сара привела в действие все механизмы.
Ближе к вечеру к ней в офис пришла старшая сиделка, которая принесла ей ключи. Женщина, которая многие годы приходила делать уборку в комнатах мансарды, будет продолжать работу. Удивительно, как мало дел требовалось сделать. У Стенли было совсем немного личных вещей и мебели. Когда дом освободили для осмотра агентом по недвижимости, благотворительная организация смогла увезти все за один раз. Там не было ничего такого, что захотели бы взять наследники. Стенли был скромным человеком, довольствовался малым и обходился без роскоши, к тому же долгие годы был прикован к постели. Даже часы у него были весьма неважные. Однажды Стенли купил себе золотые часы, но давным-давно отдал их кому-то. Все, что у него было, — это разные виды недвижимости, торговые центры, нефтяные скважины, инвестиции, ценные бумаги, облигации и дом на Скотт-стрит. Стенли Перлман имел огромное состояние. И благодаря Саре его собственность на момент смерти и задолго до этого находилась в абсолютном порядке.






