ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лимонов, Автор - Каррер Эмманюэль, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Лимонов Каррер Эмманюэль Лимонов, Автор - Каррер Эмманюэль, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Пролог Москва, октябрь 2006 – сентябрь 2007 1 До 7 октября 2006 года – того самого дня, когда Анна Политковская была убита в подъезде собственного дома, имя этой мужественной журналистки, открыто противостоявшей политике Владимира Путина, было известно лишь тем, кого интересовали перипетии чеченских войн. Но вот, в одночасье, ее лицо, печальное и непреклонное, стало для западного мира олицетворением свободомыслия. В ту пору я заканчивал работу над документальным фильмом, снятым в маленьком российском городке, часто бывал в России, поэтому, как только новость о гибели Анны попала в СМИ, один журнал предложил мне первым же рейсом вылететь в Москву. Моя задача заключалась не в том, чтобы проводить какое-то расследование, мне было предложено просто поговорить с людьми, которые ее знали и любили. Вот так и получилось, что я провел целую неделю в редакции «Новой газеты», где она работала специальным корреспондентом, в организациях по защите прав человека и в комитетах солдатских матерей. И журналисты, и правозащитники ютились в тесных, плохо освещенных помещениях с допотопной оргтехникой. Многие из них уже немолоды, а численность этой горстки людей удручающе мала. В этом узком кружке, где все

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С сухим смешком, глядя в сторону:

– Дерьмовая была жизнь, вот так.

3

Оставлять такой конец мне не хотелось. Думаю, ему бы он тоже не понравился. Кроме того, мне кажется, что всякий человек, который имеет смелость судить чужую карму и даже свою собственную, может не сомневаться – он ошибется. Как-то вечером я поделился этим соображением со своим старшим сыном Габриэлем. Он работает в кино, и мы уже написали вместе два сценария для телевидения. Мне нравится обсуждать с ним написанное: эта сцена пойдет, эту надо выбросить.

– Дело в том, – говорит он, – что тебе очень не хочется выставлять его лузером.

Я киваю головой.

– А не хочется почему? Потому что ты боишься его обидеть?

– Да нет, дело не в этом. Ну, или совсем чуть-чуть. Главное, что эта концовка не удовлетворяет меня. И читателям она не понравится.

– Тогда другое дело, – замечает Габриэль и начинает приводить в пример великие книги и великие фильмы, где герои кончают

жизнь в полном убожестве. – Взять хотя бы «Бешеного быка»: в последних сценах боксер, которого играет Де Ниро, предстает в самом жалком виде, совершенно опустившимся. Он потерял все: жену, друзей, дом, он ведет нищенское существование, обрюзг, зарабатывает на жизнь, выступая клоуном в какой-то забегаловке. Сидя перед зеркалом в своей уборной, он ждет вызова на сцену. Его зовут. Он с трудом поднимается и, перед тем, как выйти, бросает последний взгляд в зеркало, пошатываясь, делает несколько боксерских движений и не очень разборчиво, едва слышно бормочет про себя: «

I’m the boss. I’m the boss. I’m the boss

»

[50]

.

50

«Я – босс. Я – босс. Я – босс» (

англ

.).

Конец потрясающий, рвущий душу.

– И это в сто раз лучше, чем если бы его показали этаким победителем, стоящим на подиуме. Нет, как хочешь, но показать Лимонова в конце, после всего, что ему пришлось пережить, ликующим по поводу того, что в

Facebook

у него больше друзей, чем у Каспарова, это удачная концовка».

Он прав. И все же что-то меня стесняет.

– Ладно. Взглянем на дело с другой стороны. Как ты себе представляешь идеальный конец? То есть что бы ты сделал на моем месте? Показал бы, как он приходит к власти?

– Нет,

пожалуй, это было бы чересчур. Но в его программе есть пункт, который он не выполнил: создать свою религию. Было бы хорошо, если бы он бросил политику, где ему, откровенно говоря, ничего не светит, вернулся на Алтай и основал бы там секту. Стал бы гуру, как барон Унгерн. Или, еще лучше, праведником, наставником, мудрецом.

Теперь гримаса появляется на лице Габриэля.

– Мне кажется, – говорит он, – я знаю, какой конец тебя бы устроил: если бы его убили. Это было бы гармоничным завершением его жизни: героическая смерть вместо прозаического угасания на больничной койке от рака простаты. И твоя книга будет продаваться в десять раз лучше.