Каждый задавался вопросом: откуда мог взяться этот ископаемый чудак и каким образом он надеется с честью выйти из весьма деликатного положения?
Виктор Дельо в это время с сосредоточенным вниманием вслушивался в тихий голос своего соседа слева — директора института с улицы Сен-Жак. Этот последний тоже страстно увлекся делом. Он предложил свои услуги в качестве основного переводчика между обвиняемым и судом на все время процесса, и они были приняты. Уже много раз в течение трех недель, предшествовавших процессу, этот благородный человек сопровождал Виктора Дельо в тюрьму, и благодаря высокому профессионализму ему удалось получить от обвиняемого некоторые важные показания. Жак Вотье в конце концов привык к этому переводчику, и для успешного хода процесса его выбор был со всех точек зрения «оправданным.
Быстро оглядев публику, состоявшую в основном из элегантных и праздных женщин, Даниель остановилась на противнике — на мэтре Вуарене. У него была — почему бы это и не признать — представительная внешность, он выглядел совсем иначе, нежели скромный и незаметный Дельо. Вместе с ним был внушительный штаб сотрудников, включавший даже одного известного адвоката. В отличие от Виктора Дельо мэтр Вуарен снисходительно разглядывал публику, уже предвкушая эффект от своих ораторских приемов, которые обеспечивали этому самодовольному человеку томные взгляды его привычных почитательниц.
Чувствовалось, что и на этот раз известный адвокат рассчитывает на победу. Эта его уверенность смущала Даниель, и она с еще большей отчетливостью представляла глубину пропасти, на краю которой был ее старый друг. Действительно, этот Вуарен был всем хорош, кроме разве того, что симпатичным он не был.
Наконец ввели обвиняемого,
и на нем остановился ищущий взгляд девушки. Она его еще никогда не видела, а описания Дельо были беглыми и неопределенными. Для тонкой, чувствительной Даниель это был нервный шок, у нее перехватило дыхание. Никогда она не могла бы вообразить себе, что может быть на земле подобное существо, к тому же принадлежащее к человеческому роду. Всклокоченные волосы, животное лицо, бульдожья челюсть, чудовищная, тяжело посаженная голова на огромном теле… Его ввели два жандарма, казавшиеся хрупкими рядом с таким гигантом. В себе самой девушка ощутила попятное движение мысли: клиент Виктора Дельо не мог быть тем несчастным существом, о котором адвокат говорил ей с таким сочувствием. Достаточно было только взглянуть на него, чтобы почувствовать в нем зверя, законченного зверя, встречающегося очень редко.
Даниель была в ужасе. Она страдала от мысли, что ее старый друг взялся защищать подобное существо.






