Когда все гостинцы были извлечены и расставлены по углам до завтра, все четверо уселись за стол с картами и смогли, наконец, перевести дух и собраться с мыслями.
– Самое странное из всего, что связано с вашим визитом, мистер Кокс, это приказ разместить вас на постоянной основе, – признался Весник. – Мы ведь в основном занимаемся снабжением агентуры. У нас никто не задерживается.
– Да, я знаю. Но я надеюсь, что свою работу мне придется делать неподалеку.
– Вы расскажете нам об этом позже?
– Да, немного осмотрюсь…
– Вы можете прямо сейчас отправиться в гостевой кунг. Там все условия – душ, туалет, хорошая звукоизоляция и вам никто не помешает. Капрал проводит вас.
– Спасибо за такую роскошь, полковник, но у меня к вам еще одно
дело. Думаю, я могу подтвердить личность двоих из четырех членов вашего коллектива, на которых вы отправляли запрос в центр.
– Вот как? – удивился Весник и переглянулся с Горном и Штоллером.
– Нам это очень бы помогло, мистер Кокс. Эти ребята отличные специалисты, а мы, по известным причинам, не можем использовать их на полную катушку.
– Я понимаю.
– Чьи же личности вы можете подтвердить? – спросил Горн.
– Лейтенанта Хирша, я знаю его и встречался с ним. И капрала Стентона, его я знаю еще лучше, мы знакомы много лет.
– Сэр, вы сказали – много лет, но ведь он очень молод, – заметил Штоллер.
Ферлин улыбнулся.
– Да, ему немного лет и я знаю его с детства. Джек Стентон жил неподалеку, мы были соседями.
– Ни-че-го себе! – произнес пораженный Весник. – Разве такое бывает?
– Признаюсь, я выбрал вашу базу
еще и потому, что здесь служит мой земляк и его командир лейтенант Хирш. Они настоящие мастера своего дела, и я заранее рассчитывал на их помощь.
– Так что, прямо сейчас их вызвать? – спросил Штоллер, поднимаясь со стула.
– Не нужно, завтра утром я сам нанесу им визит, и закроем эту тему.
– Хорошо, мистер Кокс. Просто замечательно. Если вы подтвердите личности Хирша и Стентона, это автоматически легализует у нас и Шойбле, а вот полковник Веллингтон, что про него известно?
– Я старался навести справки и относительно Веллингтона, но это оказалось очень сложно, поскольку он находится на службе уже лет тридцать и всякий раз его деятельность была прикрыта спецотделами и спецпроектами внутри СГБ. Эти проекты открывались, потом закрывались, потом передавались, перемешивались. Где-то агенты оставались без связи и самоконсервировались, где-то исчезали и агенты, и сами руководители проектов. Единственное, что я могу подтвердить, так это его опыт, а вот лояльность…
– Вот и мы остановились на той же позиции, –
сказал Весник. – По нему видно, что он битый и даже немного странный. Понятие свои-чужие у таких субъектов полностью деформированы.






