Но римляне не помешают нам пройти по их территории, потому что они знают: у нас достаточно провизии, а наша цель — Атлантикус. Мы должны заплатить золотом за подобное разрешение, а также подтвердить свои мирные намерения, предоставив заложников.
На какое-то время Сантониг замолчал, чтобы дать слушателям возможность понять полностью смысл его слов, а затем продолжил:
— Сегодня рано утром Ариовист напал на оппидум мужественных рауриков, убил и забрал в рабство множество ваших соплеменников, а их дома сжег. Говорю вам: не ждите, пока его воины окажутся здесь. Завтра на рассвете отправляйтесь в путь, а все, что не можете взять с собою, сожгите. Идите на юг. У берега Родана ждите прибытия остальных
племен. Когда закончится ночь и вновь взойдет солнце, в вашем селении не должно быть ни единой живой души. Сами боги не смогут защитить вас здесь. Неутешительные вести принес я. Не счесть германских воинов Ариовиста, а с севера уже приближается подкрепление — десять тысяч безжалостных и голодных всадников. С востока надвигаются даки
[4]
под предводительством своего царя Баребиста. А на юге перед нами распростерлись земли римлян. Если наши племена хотят выжить, то еще этим летом нужно достичь Атлантикуса. Сантоны примут нас как братьев, потому что плодородная земля, которую они нам отдают, уже сполна оплачена. Золотом.
4
Даки — в древности северофракийские племена, населявшие территорию к северу от Дуная до отрогов Карпат.
Друид Сантониг обвел взглядом слушавших его жителей нашего селения, словно желая убедиться в том, что речь его возымела должное действие, и после небольшой паузы продолжил:
— Раурики! Сегодня мы в последний раз срежем омелу, а затем попросим милости и защиты у наших богов! Да хранит нас Луг!
— Да хранит нас Луг! — повторили все мы хором.
Если честно, то я ожидал, что сейчас все вновь начнут галдеть и наперебой задавать друиду вопросы. Однако мужчины и женщины продолжали стоять на месте, и никто не решался сказать ни слова. Тишину нарушало только кудахтанье кур и хрюканье свиней, которые рылись в объедках и помоях. Им-то все равно, кто вспорет их брюхо. Жители нашего поселка молчали и лишь многозначительно переглядывались. Некоторые с надеждой смотрели на небо, ожидая увидеть знамение, посланное богами. Но над нашими головами не кружил ни один дрозд, полет которого можно было бы истолковать тем или иным образом.
Практически бесшумно мы разошлись в стороны, образовав некое подобие живого коридора, чтобы друиды могли беспрепятственно пройти к дому, в котором под одной крышей жили я, дядя Кельтилл и семьи его братьев.
Как только Сантониг и его спутники скрылись внутри, жители деревни тут же сбились в небольшие группы и начали вполголоса высказывать свои предположения.






