Смешно, правда? Я хочу сказать, смешные слова. Я вообще думаю о словах. От чего они меня вырастили? И до чего?
Роберт смотрел на нее и не мог промолвить ни слова. Какая-то часть ее ума наверняка сдвинулась, но была и другая, и несомненно она копала очень даже глубоко, если он вообще что-нибудь понимает. Как верно она сказала: «вырастили меня», — что за странное выражение, но так говорят. Как только Бог позволил себе так поступить с этим бедным существом?.. Но он не должен называть ее существом, это же молоденькая девушка, и девушка такая непривычно красивая. Теперь он видел, что она красивая. Капюшон спал с ее головки, и из-под него выбились волосы, похожие на тоненькие серебряные нити. Другому лицу они добавляли бы возраст, а здесь создавали светящийся нимб, потому что свободно свисали с плеч и рассыпались по плащу.
— Как вас зовут?
— Роберт, мисс, Роберт Брэдли.
— Ах, какое у вас хорошее имя. Такое сильное.
— Вы так думаете? — Он приветливо улыбнулся ей.
— Да. — Она согласно кивнула. — Я столько знаю про имена, ну, по крайней мере про некоторые. У меня трое братьев, их зовут Арнольд, Роланд и Стенли. Я их не люблю.
— Вы не любите их имена?
— Нет, не имена. Я не люблю моих братьев.
Что он мог сказать на это? И он спросил:
— А как зовут вас, мисс?
— Миллисент. Но те, кто меня любят, зовут меня Милли.
— Я... Мне кажется, что вряд ли есть человек, который бы вас не любил.
Она на миг посмотрела на него, затем ее рот растянулся в улыбку, хотя в глазах появилось выражение, которое не назовешь иначе как печальным. И в голосе ее прозвучал какой-то надрыв, когда она сказала:
— Совсем не так. Меня не любят. Мой отец меня не любит.
Ах, ты, бедняжка. Какая же ты бедняжка. В безотчетном порыве он протянул ей другую руку и, нежно сжав обе ее руки, несколько раз встряхнул их и с совершенно не наигранной галантностью
проговорил:
— Ну, знаете, мисс, скажу вам только одно. У него нет никакого вкуса, и он совершенно не знает, что такое хорошо и что такое плохо.
— Ах, какой вы хороший.
Она наклонилась к нему, но в тот же миг он вдруг выпустил ее руки и отскочил — и не из-за возникшей опасной близости, а потому, что увидел, глядя через ее плечо, двух бежавших к ним со стороны кустарника человек, один из них держал палку. Девушка тоже почувствовала их появление, так как повернулась в их сторону и пробормотала:
— Ой, Агнес.
Не успел он что-нибудь сообразить, как перед ним уже стоял человек влетах, замахивавшийся на него тростью с массивным набалдашником, и он инстинктивно прикрыл лицо рукой и закричал нападавшему:
— Только тронь, я тебе такого покажу, не посмотрю на твои годы.
И человек остановился в нерешительности, но палки не опустил.
Девушку в это время схватила молодая женщина, та вырывалась от нее и громко плакала:
— Не тронь его, Дейв. Он очень милый.






