— Я подумываю, — начал Клайв, — я еще вам об этом не говорил? — построить себе коттедж в Ред-Хилле. Всего четверть мили от Большого дома, а уже полное уединение. Мне нужно личное жилье, где я могу встать в пять утра, не опасаясь потревожить отца или его гостей, и отправиться на верховую прогулку. Я даже мог бы оставаться там зимой и ездить оттуда на работу.
— Оттуда далеко ездить, — с сомнением заметил Дэн.
— Шестьдесят миль — пустяк по хорошей дороге, особенно ранним утром. Оно того стоит, чтобы иметь возможность зимой кататься на лошади по лесу. В школе верховой езды всегда много людей. А я люблю зимнюю тишину там, наверху, где не раздается ни звука, даже птицы не поют, а в тихий день нет и ветра.
Дэн кивнул:
— Тогда ты, видимо, понимаешь мои чувства по отношению к этому лесу. Не то чтобы я так любил одиночество, но вполне тебе сочувствую. Это больше, чем делает твой брат, учитывая его планы насчет «Грейз фудс».
Ответ Клайва их удивил:
— Он оставит часть. В конце концов, они предлагают купить не все целиком.
— Часть! — воскликнул
Дэн. — И тебя это устраивает?
— Как угодно отцу, — пожал плечами Клайв.
— Но он не станет вмешиваться. Ты же слышал, он ясно дал это понять. В свой день рождения, здесь, в этой комнате. Он предоставил решать это дело нам троим.
Тина бродила по библиотеке, трогая разные предметы, а Салли следила за ней, чтобы предотвратить порчу какого-либо из сокровищ. Сейчас она вскочила, чтобы спасти серебряную карусель.
— Я хочу послушать, как она играет. Заведи ее, — приказала Тина. И когда Салли отказалась, сославшись, что это не игрушка, девочка пнула мать по лодыжке.
Теперь вскочил Дэн.
— Послушай-ка, мы этого не потерпим, Тина. Возможно, ты устала, возможно, чем-то расстроена, но ты не должна причинять людям боль. Сядь в это кресло и сиди тихо, пока мы не поедем домой.
— Тина — хорошая девочка. Садись ко мне на колени, — проворковал Клайв. —
Когда-нибудь, если ты будешь действительно хорошей девочкой, может быть, карусель достанется тебе.
Салли и Дэн обменялись встревоженными взглядами, и Дэн начал было протестовать, но Тина уже сидела у Клайва на коленях и победоносно роняла крошки печенья на него и на пол.
Обиженная и растерянная, Салли присела на краешек кресла, желая уехать как можно скорее. Но Дэну хотелось, как она поняла, вернуться к беспокоившей его теме.
— Что бы Оливер ни думал, как ты говоришь, но поскольку он не сказал нам… по крайней мере я ничего такого не слышал… каково же наше положение?
— Где-то на середине, — ответил Клайв. Он поглаживал косички Тины.
— В середине леса Греев, ты хочешь сказать? — не отставал Дэн. — Я удивлен, что ты вообще рассматриваешь идею Йена. Особенно учитывая, что ты так часто бываешь с ним не согласен.
— Не я это рассматриваю. Отец.






