ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шарль Перро, Автор - Бойко Сергей Павлович, Серия - Жизнь замечательных людей [950], , Жанр - Биографии и мемуары, Документальная литература. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Шарль Перро Бойко Сергей Павлович Шарль Перро, Автор - Бойко Сергей Павлович, Серия - Жизнь замечательных людей [950], , Жанр - Биографии и мемуары, Документальная литература. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. С. П. Бойко Шарль Перро Посвящается светлой памяти МАРКА СОРИАНО, профессора Парижского университета, который вдохновил меня на написание этой книги и долгие годы помогал в воссоздании живого образа великого французского сказочника. Шарль Перро — генеральный контролер построек. 1665. ОТ АВТОРА В 1905 году французский историк Э. Лависс заметил: «Мы лучше знаем французское общество в Средние века, римское общество, общество Древнего Египта, чем французское общество XVII века, пребывающее во мраке за декорацией Версаля». Это парадоксальное утверждение верно и сегодня. Целые библиотеки исторических сочинений написаны о «великом, блистательном веке» Франции, однако при его изучении мы то и дело наталкиваемся на «белые пятна». В тени остаются не только важные исторические события, но и люди, игравшие заметную роль в государственной, общественной, культурной жизни страны. Одной из таких фигур является Шарль Перро — вельможа, ученый, писатель, сказочник… Кажется поразительным, но до сих пор он остается совершенно незнаком русской исторической и филологической науке. Ж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И скоро народ распевал куплеты, сочиненные на герцога д’Эльбефа:

Д’Эльбеф и сыновья храбрятся

На Королевской площади.

Ужасно чванятся, гордятся;

Случись же им с врагом сражаться,

То храбрости от них не жди:

Д'Эльбеф и сыновья храбрятся

Только на Королевской площади!

…И война началась. По приказанию принца Конти — младшего брата Конде — была взята Бастилия. Маркизы Наурмутье, де да Буле и Лег с пятьюстами всадниками сделали набег на Шарантон и вытеснили оттуда мазаринистов.

Воодушевленные победой маркизы пришли в городскую ратушу, где теперь был «штаб». Герцогини Лонгвиль и Булльон позволили победителям войти к себе в полном вооружении. Это была странная смесь голубых шарфов, блестящих ружей, сабель и дамских нарядов.

Герцогини ликовали: они принимали парады, давали приемы, спали в своих будуарах, в то время как истинный двор — король, королева и кардинал — обитали в замке Сен-Жермен без мебели и спали чуть ли не на соломе: ведь в те времена мебель перевозилась из замка в замок, а на этот раз двор уезжал так поспешно, что не успел вывезти с собой обстановку.

Фрондисты и их противники соревновались друг с другом в сочинении насмешливых куплетов. Вообще в продолжение этой странной войны было сочинено больше песен, чем сделано выстрелов.

Принцу Конде, осаждавшему Париж во главе преданных королеве войск, был посвящен такой стишок:

Какой, о Конде, славы ждешь,

Когда оружьем верх возьмешь

Ты над парламентом с купцами?

Лишь мать свою

тем оскорбишь,

Победу одержав над нами:

Родного брата победишь!

Ведь родной брат принца — Конти — оставался на стороне парламента!

Мазаринисты ответили куплетом против герцога Булльонского:

Великий ваш храбрец Булльон

Подагрой иногда страдает;

Как дикий лев, отважен он,

Великий ваш храбрец Булльон,

Но чтоб напасть на батальон,

Когда врага сразить желает,

Великий наш храбрец Булльон

Подагрой тотчас же страдает.

«Эпиграмма, — пишет Александр Дюма в книге „Людовик XIV и его век“, — сделалась оружием, и если наносимые ею раны не были смертельны, тем не менее они были нестерпимы. Женщины особенно от них страдали. Собрание этих сатир и эпиграмм, составленное господином Марио, было позже издано и составило сорок томов».

В феврале в Париж из Англии пришло страшное известие: королю Карлу I отрубили голову.

В семье Перро — как и в семьях большинства других парижских буржуа — это вызвало смятение. Несмотря на то, что взгляды их были близки к фрондистским, то есть они стремились к ограничению власти короля, Перро не мыслили Франции без монарха. Угроза развития событий по английскому сценарию страшила

не их одних.