Но почему-то не дошла, вернулась раньше расстроенная, долго в комнате была, потом ее тошнить начало, мы подумали, что она беременна… — женщина стрельнула на него глазами и пригубила кофе. — Потом у нее резко и сильно заболел живот. Мы решили, что это выкидыш, но кровотечения я не было, и Катя в больницу не поехала и скорую вызывать отказалась. Сказала, что с ней все в порядке, что ничего не болит, и спать легла.
— А почему вы сами скорую не вызвали?
— Слава, Катя взрослый человек, она сказала, что чувствует себя хорошо, что это было временное
недомогание, мы хотели на следующий день идти к врачу, проверить ее на вероятную беременность.
— Катя таблетки пила…
— Я знаю, но всякое бывает. Могла забыть — это же Катя.
Они переглянулись понимающими взглядами и улыбнулись друг другу.
— Дальше-то что? — Слава нетерпеливо поерзал на стуле.
Женщина перестала улыбаться.
— Дальше, мы утром проснулись, а Кате плохо. У нее из-за этого разрыва перитонит начался — надо было сразу же в больницу ехать, а она промолчала. Не ожидала я от дочери такой халатности к себе, обычно она к своему здоровью относится более внимательно, а тут видимо события последних дней…
Парень уронил голову на руки.
— Валерий Сергеевич сказал, что Катя чуть не… — Слава не смог закончить, только выразительно посмотрел на мать жены.
— Валерий Сергеевич отличается своей волнительностью в отношении единственной дочки. Когда Кате было пять лет, она посадила занозу на палец, так он вызвал скорую и потом всем говорил, как Катенька чуть не потеряла руку. — Женщина нежно улыбнулась своим воспоминаниям, потом вдруг став серьезной. — Кате было сильно плохо. Но ты же видишь, все в порядке сейчас.
— Ничего себе в порядке…
— Ты все выяснил? — Римма Леонидовна поднялась со стула.
— Да, вроде все… — Он задумался, потирая подбородок, потом вдруг вспомнив что-то, спросил уже в спину Катиной мамы. — А она… сильно переживала, когда вернулась домой?
— Тебе этого знать необязательно. Дашь мне пятнадцать минут дочь навестить?
—
Конечно. — Слава пожал плечами, улыбнувшись. Достал телефон — нужно было выяснить, что там за проблемы возникли на работе. Потом позвонил матери, сказал, что пока задержится.
Отключив телефон и убрав его в карман, парень задумался. Его, конечно, успокоила новость, что с Катей все не так плохо как преподнес ее отец, и как ему самому показалось на первый взгляд. Но вот те ощущения страха возможной потери были все еще живы в его памяти. Как просто и ясно все стало, после того как он на миг представил себе что может остаться без нее навсегда. Все на свете можно исправить: можно усмирить гордость, отказаться от принципов вот как сейчас, ни на секунду не пожалев об этом.






