Вот он и терпел.
К сожалению, от него скрыли, что Катина нервная система восстановится не сразу после родов, как он надеялся, а месяцев через шесть в лучшем случае. Но ему только предстояло в этом убедиться. Пока же он надеялся на лучшее.
— Правда… — осторожно выдавил он, гадая, случится ли буря.
Но Катя, повернув голову, потерлась носом о его шею.
— Слава, ты у меня такой хороший, я тебе, наверное, все нервы вымотала?
Так, рано радоваться! Он на этот трюк однажды попался —
согласился, что вымотала, попросил быть чуток спокойнее, в итоге напоролся на такой концерт по заявкам, до сих пор в дрожь бросает.
— Да нет, родная моя, конечно нет. — Он прикоснулся губами к ее переносице, погладил ладонью по спине, успокаивая.
— Но я тебя люблю, ты же знаешь?
— Знаю. — Кажется, улеглось…
— Просто мне кажется я толстая и некрасивая. И большая, как слон…
— Ну что ты, Катюш, — Слава вдохновился этим хрупким обманчивым спокойствием и постарался закрепить его, — в клинике, в очереди, Кать, ты по сравнению с другими беременными…
— Что-о? — Катя отстранилась, а Слава проклял себя за разговорчивость. — А чего это ты их разглядываешь, а? Ты со мной ходишь на других баб смотреть?!
— Катя, ты перегибаешь, слышишь? У всего должна быть мера!
— Не кричи на меня, — ее глаза снова наполнились слезами, — ты меня не любишь!
— Да люблю я тебя, люблю, Господи-Боже!
— Я спать хочу… — Катя вдруг резко сменила тему. Но к подобным скачкам настроения он уже тоже успел привыкнуть.
— Поспи.
— И арбуз…
— Я схожу, куплю. — Слава сорвался с места, возможно слишком торопливо, но ему просто необходимо было остаться
одному хоть ненадолго.
Катины загоны начались с того самого момента, как она узнала что беременна. У него даже было подозрение, что девушка спекулирует на своем положении. Едва тест показал две полоски, и они немного привыкли к этой новости, как Катерина захотела сразу фруктов, овощей, кисленького, солененького, остренького и в детский магазин. А если учесть то, что порой ее реально заносило на поворотах и к поведению в рамках образа прибавлялись ее зашкаливающие гормоны, Славе порой было очень сложно с ней.
Токсикоз, страхи, смена настроений, зацикленность на внешности — Катя с ума сходила и он вместе с ней. Только одним успокаивался — скоро, уже скоро, осталось потерпеть немного. Сейчас июль, а в сентябре Катя уже родит и угомонится, наконец.
Хорошо, что подобные срывы у жены чередовались с вполне благодушным настроением, когда девушка,
напевая детские песенки, вертелась у зеркала и все намазывала себя нерафинированным подсолнечным маслом, предотвращая появление связанных с беременностью изменений в фигуре.






