И если мел он еще мог списать на дефицит
кальция в период роста ребенка, то откуда взялась эта токсикомания, для всех осталось загадкой. Естественно никто Катерине подобных желаний исполнять не собирался.
А потом у нее съехала крыша на почве боязни измениться после родов, и что он ее непременно разлюбит. И она каждый день перед зеркалом занималась тем, что намазывала проблемные места маслом. Сначала косметическим, а потом по совету Риммы Леонидовны, подсолнечным. Слава с советами не лез, он вообще в этом ничего не понимал, страхов Катькиных не разделял, но раз она так делает, значит так надо, вот и все. Лишь бы счастлива была и спокойна…
Когда он вернулся домой, Катя была относительно спокойна, съела пол-арбуза, потом кусочек соленой рыбки, потом ее стошнило… Все как всегда, Слава к этому привык. У Кати в желудке из-за беременности не усваивались некоторые сочетания продуктов и на такие казусы ни он, ни она уже внимание не обращали — бывает.
Когда девушка умылась, Слава уложил ее в постель и сам прилег рядом, обняв ее живот. Катя заснула. Этим она тоже в последнее время отличалась — спала как сурок, и днем и ночью и вообще, стоило ей принять горизонтальное положение, как ее тут же срубало.
Самое интересно, что беременность Катя переносила легко (ну, не считая токсикозов и сонливости), то есть в плане здоровья все было очень хорошо. Единственная проблема была в эмоциональном фоне девушки. И все.
Слава заметив, что Катя спит, нежно прикоснулся губами к ее щеке и прижался к ней, надеясь на заслуженный отдых. Он даже телевизор в спальне включать не стал, наслаждаясь тишиной и покоем. Катя шевельнулась во сне, поерзала, устраиваясь удобнее, и заснула снова — в последнее время она могла спать только на одном боку, в одном положении и просыпалась обычно в скверном настроении, тяжело поднималась с кровати и разминала затекшее тело. А иногда она резко пробуждалась среди ночи от судорог, сводивших ножки и тогда Славе приходилось массировать ее ступни, чтоб боль скорее отпустила. В общем, сам он справедливо считал, что делит Катино положение с ней почти поровну. По крайней мере,
в выходные. А завтра, слава Богу, на работу…
Он и сам не заметил, как отключился рядом с женой.
Катю что-то выдернуло из сна. Она села на постели, осторожно выбравшись из объятий мужа, поправила одеяло на его плечах, прикоснулась кончиками пальцев к щеке.
Бедный. Опять она на нем сорвалась. Хотя после того как он убежал ей за арбузом, девушке неожиданно полегчало и расхотелось ругаться дальше.
Она ведь все понимала. И то, что он работал как проклятый, чтоб скорее выплатить ипотеку, и ее заскоки терпит со спокойствием мамонта… А ей так хотелось иногда, чтоб он сорвался, накричал на нее, тогда она могла обидеться на него, имея на то веский повод.






