Уха поучилась на славу, но кто-то подал голос, что она больше похожа на рыбный суп, из-за нехватки определённых составляющих, входящих в последовательность закладки, а также форма упомянутых. Определённые круги, в ответ на критику заявили, что любая уха без водки, это рыбный суп и наоборот. И неважно, какие заявления делают оппозиционеры от известного общества. Дым от костра поднимался к небу, не стелясь по земле и, не заставляя слезиться глаза, что само по себе радовало, так как предвещало ясную погоду, не
омрачённую ночной сыростью. Заодно, не портящую маленького праздника, для больших животиков. Балык тоже не подкачал, получившись неплохо, если учитывать профессионализм дилетантов.
Сутулый с Кащеем спорили по поводу выражения: «огонь, вода, и медные трубы», и что всё это значит для того, кому предстоит пройти испытание данными стихиями.
— А я тебе говорю, что медные трубы — это фанфары! — доказывал Сутулый, отчаянно жестикулируя, вероятно, изображая игру на трубе.
— Да? А я думал — лужёна глотка.
Последнее заявление заставило компанию повергнуться в безудержный хохот, с последующими коликами в животах.
Утром, из зарослей подогнали вездеход и молча погрузили в него всё барахло. Провиантом разбрасываться не стали, заодно захватив недоеденную рыбу.
— Ну, — спросил Комбат, ещё не отошедший ото сна и вопросительно глядя на Крона, — какой наш курс? Вдаль по руслу реки?
— Как и было предположено — в район падения метеорита, — ответил то и настороженно добавил. — Вот только сигнал навигатора пока слабый.
— Метеорит-метеорит! — недовольно пробурчал Дед. — С ним, до сих пор, достоверно неясно, при каких обстоятельствах он рухнул. Показания очевидцев разнятся, вплоть до противоречий и взаимных исключений.
— Да на кой ляд нам их показания! — не выдержал Доцент. — Мы же не железяку ищем, пусть и космического происхождения. И вообще: по компьютерным подсчётам, мощность взрыва достигла пятидесяти мегатонн, что соответствует мощности современной водородной бомбы.
— Где связь! — уточнил Почтальон. — В чём подвох?
— Или это был не метеорит, или его размеры значительно превосходили заявленные.
— Вот это, скорее всего, — согласился Бармалей, — ну как случайные очевидцы могут определить размеры высоколетящего «гостя»? По-линейке, что ли? А высоту взрыва — по двум пальцам выше бровей? Так что, учитывая поголовную неграмотность дореволюционного населения, ни одни словесные показания
не могут быть признаны за истинные. В небе ориентиров нет, сравнить не с чем, а вот определить степень свечения — запросто: очевидцы отмечали появление в небе второго солнца. Какие тут можно сделать выводы?
— Ладно — поехали! — прервал его Пифагор, которому надоел бесполезный трёп.






