Глэсс вдруг узнала некоторых охранников, они были из команды Люка, члены элитной охраны инженерного корпуса. Женщина с седыми волосами, которая, шевеля пальцами в воздухе, управляла гало-схемой, оказалась Бекка. Рядом с ней был Али, парень с темной кожей и ярко-зелеными глазами, сосредоточенный на изображении, которое создала Бекка.
— Глэсс!
–
сердечно воскликнул Али, наблюдая за тем, как она подошла. Он пробежал несколько шагов вперед и хлопнул в ладоши.
– Приятно видеть тебя. Ты как?
— Я... хорошо, - она запнулась, запутавшись. Как много они знали? Они приветствовали ее как бывшую Люка, сопливую девчонку с Феникса, которая разбила его сердце, или как сбежавшую из заключения девушку Люка? В любом случае, Али был гораздо добрее, чем она этого заслуживала.
Бекка послала Глэсс быструю улыбку и затем вновь вернулась к своим диаграммам, хмурясь, пока вращала сложный на вид трехмерный план.
— Где Люк?
– спросила Глэсс, оглядываясь из стороны в сторону. Если они все еще были на дежурстве, он не мог быть дома или еще где-либо.
Али указал на окно с ухмылкой.
— Посмотри снаружи.
Глэсс медленно повернулась, каждая клеточка ее тела превращалась в лед. Она уже знала, что именно увидит. Две фигуры в скафандрах плавали снаружи, каждый был привязан к кораблю тонким шнуром. У них за спиной были привязанные наборы инструментов, они использовали руки в перчатках, чтобы двигаться вдоль СкайБридж.
Словно завороженная, Глэсс подошла вперед и прислонилась лицом к стеклу. Она с ужасом увидела, как две фигуры кивнули
друг другу, а затем исчезли в переходе. Люк отвечал за важные части ремонта, но был только младшим членом команды, когда Глэсс встретила его в прошлом году. Она знала, что его повысили, но даже не догадывалась, что в ближайшее время его сошлют в открытый космос.
От мыслей о нем снаружи...где ничто не отделяет его от холодной пустоты открытого космоса, кроме до смешного тонкого троса и герметичного скафандра, у Глэсс закружилась голова. Она схватилась за поручень, чтобы не упасть, вознося безмолвную молитву звездам о безопасности Люка.
Она не покидала квартиру в течение двух недель. Даже свободная одежда не могла скрыть округлости, появляющиеся с пугающей быстротой. Глэсс не представляла, как долго мать сможет прикрывать ее. Она перестала отвечать на сообщения друзей, и те прекратили их посылать, в конце концов. Глэсс продолжала общаться ежедневно только с Уэллсом.
Глэсс пролистала сообщения, чтобы перечитать присланное им этим утром.
Я знаю, что-то не так, и я надеюсь, ты понимаешь, что я всегда буду рядом, если понадоблюсь. Но если ты не хочешь (или не можешь) отвечать, я собираюсь продолжать забрасывать тебя всяким бредом, потому что я все еще твой лучший друг, и не важно, что случилось.






