Напиться — не поможет. И травка тоже. Лучше бы остался сидеть внизу и смотрел вестерны с месье Коллетти.
Он снова глотнул из бутылки, закурил «Парк-лейн» — пусть будет еще хуже — и принялся мерить шагами комнату. В соседнем номере голландец — любитель цветов поставил на магнитофоне «Шоссе 61»
[23]
. После нескольких затяжек Конверс решил, что испытывает теперь лишь смутную неудовлетворенность.
Ничего серьезного. Такое случается. Побочный результат несильной лихорадки.
23
«Highway 61 Revisited» — альбом Боба Дилана, выпущен в августе 1965 г.
Вскоре он прекратил расхаживать, отправился в ванную и уселся над дырой в полу, заменявшей унитаз. По бокам дыры располагались невысокие упоры для ног; это был признак Приобщения к Цивилизации. В отличие от некоторых постояльцев-американцев, Конверс не имел ничего против подобных удобств. Часто, особенно когда он был под кайфом, такой способ отправления естественных надобностей рождал в нем чувство общности с молчаливыми суровыми парнями из бывших французских Заморских Территорий — пилотами Сент-Экзюпери, генералом Саланом
[24]
, Мальро
[25]
. Иногда, выходя из туалета, он насвистывал «
Non, J’un regret rien
»
[26]
.
24
Рауль
Салан
(1899–1984) — командующий французской армией в Индокитае (1952–1953) и Алжире, глава подпольной организации ОАС, выступавшей против предоставления Алжиру независимости от Франции.
25
Андре Мальро
(1901–1976) — французский писатель и культуролог, герой французского Сопротивления, министр культуры в правительстве де Голля; 1920-е гг. провел в Индокитае, что отразилось в первых его романах — «Завоеватели» (1928), «Королевская дорога» (1930), «Удел человеческий» (1933).
26
«Я ни о чем не жалею»
(фр.)
— песня Эдит Пиаф, ставшая неофициальным гимном Французского Иностранного легиона.
Съежившись от режущей боли в кишечнике, Конверс достал из брючного кармана письмо от жены и стал перечитывать его.
«Коза ностра — почему бы, черт возьми, нет? Сейчас я готова рискнуть, и меня не мучит совесть. Так уж устроено, что заинтересованным лицам все равно не светит ничего хорошего, и мы просто займем место, которое иначе при первой же возможности займет кто-то другой. Пожалуй, это самый трудоемкий на свете способ заработать, и я считаю, что потому у нас есть на это моральное право».
Может быть, думал Конверс, управляясь с туалетной бумагой размером с денежную купюру и моя руки, может быть, как раз совесть-то и заставляет его чувствовать смутную неудовлетворенность. Вернувшись в номер, он запер двойной ржавый замок и еще глотнул виски. Когда Конверс писал свои вдумчивые статьи для мелких европейских изданий, он всегда заботился о том, чтобы его моральная позиция была ясна. Он представлял, для какой читательской аудитории пишет и какая моральная позиция близка его читателям.






