Да, этот портрет был написан с младшего принца около двух лет назад, когда Адриану было всего восемнадцать. «Он возмужал…» — пронеслось в моей голове, и я мысленно улыбнулся. Как же вовремя вспомнился принц, ведь, скорее всего, именно он и был причиной такого срочного призыва, исходящего от самого Архимага.
Наконец, мы попали в то крыло дворца, где находились покои Клохариуса. Минуя библиотеку и ещё несколько помещений, где хранились различные свитки, книги и летописи, мы оказались перед тяжёлой деревянной дверью, что вела в кабинет, куда мы собственно и вошли.
— А ты всё так же верен своим привычкам, — невольно вырвалось у меня, когда я обвёл взглядом тот бардак, что творился в этом казавшимся небольшим из–за кучи хлама, записей и инструментов, наваленных на многочисленных письменных столах в помещении.
Маг лишь недовольно проворчал что–то невнятное мне в ответ и начал рыться в свитках и других бумагах, которые лежали на столе, стоявшем посреди комнаты. Видимо, именно он являлся «основным». Наконец, маг извлёк какой–то пергамент и торжественно протянул его мне. Я перевёл вопросительный взгляд со свитка, который по своему виду напоминал обычную подорожную, на Клохариуса.
Но господин Архимаг не собирался давать каких–либо пояснений, поэтому мне самому пришлось спросить его:
— Ну и что это такое?
— Это то, за чем ты сюда собственно и пришёл, — ответил Советник так, будто бы это должно было мне сразу всё объяснить.
— Извините меня, Архимаг, но я, наверное, слишком глуп, чтобы уловить ход Вашей мысли, — съязвил я, ибо не любил, когда меня держат в неведении.
Клохариус скорчил кислую мину.
— Кажется, ты решил накормить меня своими лимонами на месяцы вперёд. Это грамота, которая поможет тебе пройти свободно через все заставы и границы провинций, — сказано это было таким тоном, каким обычно объясняют совершенно простые вещи маленькому ребёнку.
— И зачем же мне вдруг отправляться в путешествие по нашему «чудесному» королевству? — после этого я немного промолчал, но тут мой мозг поразила догадка. — Неужели ты хочешь, чтобы я отправился вслед за принцем? — нахмурившись, снова задал я вопрос.
Ответом мне был кивок, который сам собой вызвал у меня насмешливую улыбку.
— А разве ты не сам посоветовал ему спутников? Чего же тебе опасаться? Ты же сам Великий Архимаг Клохариус! Твои решения мудры и…
— Хватит! Ещё одно слово, и я испепелю тебя, а душу заточу в банку и заставлю её мучиться вечно! — вспылил маг, и в руке его действительно зажглось ярко–красное пламя.
— Тише–тише, мы оба знаем, что ты этого не сделаешь, — с совершенно наплевательским видом сказал я.
Это была правда.






