Не самый худший вариант, видно, что за оружием бережно ухаживали, а отполированная почти до блеска рукоять говорила
о том, что бывший владелец меча часто вверял свою жизнь в руки «старого друга». «Что же, сегодня ты уже будешь помогать сражаться за жизнь другому человеку, и надеюсь, не подведёшь» — пробежала в голове Дорниса мысль, и он обнажил клинок, кинув ножны в одного из наступавших на него охранников. Он, судя по всему, такой неожиданной атаки не ожидал и как–то ошалело посмотрел на юношу, а тот только нагло улыбнулся в ответ. Работорговцы одновременно напали на Дорниса, что вдвое усложняло его задачу выжить, да ещё и с непривычным оружием в руках, но он не растерялся и быстро отскочил назад, пропуская лезвия вражеского оружия перед собой, и тут же сам ринулся в атаку, нанося короткие удары, заставляя немного выпивших охранников отступать к столу, за которым они недавно сидели и играли в дурака, и в который, по старому непонятному обычаю, на удачу был воткнут простенький кинжал с деревянной рукояткой. Кажется, противники юноши почувствовали, что их куда–то теснят против воли, и сами попытались наносить ответные атаки, чем им удалось застать врасплох Дорниса, не ожидавшего ударов со стороны противника, и поэтому пропустившего три выпада, которые отпечатались на нём неглубокими царапинами на груди, левой руке и одной кровоточащей, но не серьёзной раной
на правом плече. Однако юноша постарался не сбавлять темп и продолжал наносить быстрые удары. От очередного укола противника он откатился в сторону, к столу, и выхватил из столешницы кинжал, который тут же прибавился к атакам мечом. Наконец, Дорнису удалось–таки выбить у одного из охранников оружие и тут же вонзить ему в горло кинжал. Второй же работорговец поспешил воспользоваться этим отвлечением на одну цель (видимо, весь алкоголь у него выветрился из–за кризисности ситуации) и нанёс рубящий вертикальный удар, от которого Дорнис прикрылся уже мёртвым товарищем охранника, и сам «из укрытия» колющим ударом пронзил сердце противника, и тот, не издав ни одного звука, осел на землю. Юноша выдернул меч из мёртвого тела.
— А эти ребята оказались крепче, чем я думал, — он срезал у одного из трупов кошель, подошёл к столу и сгрёб туда монеты, которые кто–то из них проиграл в карты.
Он уже хотел было идти дальше, но его остановил оклик Сина.
— Эй, Горячий Человек, а как же остальные пленники?
— А какое нам до них дело, нам самим нужно выбраться отсюда! — кинул злой взгляд на товарища Дорнис.
— Если мы оставим их здесь, то это будет не по–человечески, это будет жестоко. Не спасти, когда можешь это сделать — всё равно, что убить, — нахмурившись, заметил даргостец.






