Нужно решаться, Толя – сказал я себе. Анатолий Эдуардович на секунду вдруг остановил рассказ и снова вопросительно посмотрел на Олега. Ему не хотелось описывать дальнейших событий. Однако взгляд предпринимателя умолял об обратном. Тяжело вздохнув, профессор продолжил.
– Примерно около полуночи я надел спортивный костюм и вышел на набережную Promenade de Anglais. По велосипедной дорожке я пошел к центру города, изредка отпрыгивая от наиболее крупных волн, рассыпающихся
по парапету. Я не замечал ни людей, ни полиции. Я просто шел, включив мозг на раскачку в резонанс шторму. В голове тупо стучал камертон: раз и, два и, раз и, два и.
Увидев на берегу пустое кафе, я быстро спустился вниз и сел на первый подвернувшийся диван. В такую погоду в кафе никого не было. Сконцентрировав все свое сознание, усилием воли я стал загонять его в частоту морской волны. «Раз и, два и, раз и, два и, раз и, два и». Через пять минут тело задрожало и начало вибрировать. Биологические клетки подхватили частоту резонанса. Процесс револьвации начался.
На этих словах профессор опять замолчал. Наступила долгая пауза. Олег уже ничего не спрашивал у своего собеседника. Он заворожено смотрел на него, с хрустом ломая пальцы рук.
– Да, да, мой коллега, я здесь – как бы проснувшись, вымолвил Смелянский. – Именно в тот самый момент я и увидел его, то есть…, ну этого убийцу. Он стоял напротив, метрах в двадцати пяти, и наводил на меня свой пистолет. Вот и все, что я помню. Дальше я уже очнулся на другой волне, в другом измерении.
– Но кто, кто это был?! – почти закричал Марков.
– Тебе этого лучше не знать, Олег – едва уловимым шепотом ответил профессор и уже громче добавил. – Возвращайся к Светлане и передай, что ее папа, несмотря ни на что, всегда ее любил, и будет любить. И еще скажи, что я ее прощаю. Люблю и прощаю, за все…
Перед глазами
профессора Смелянского как в старом, немом кино побежали черно-белые кадры. Вот маленький и счастливый Толя Смелянский мечтает стать знаменитым физиком. Вот уже студент Смелянский пишет на доске новые, сложные формулы. Вот его молодая жена Виктория плачет на коленях, потому что после операции никогда не сможет иметь детей. Вот они с Викой берут в детском доме приемную дочку Светлану, кудрявую и счастливую. А вот появляется ее настоящая мать, наглая и всегда пьяная. Она вымогает деньги за сохранение тайны, поэтому Смелянские всей семьей убегают из Москвы, не оставив никому своих координат. А вот уже их повзрослевшая Света, вся растрепанная, злая, с заплаканными глазами гневно кричит отцу, что это он виновен в смерти ее настоящей матери, что это он разлучил их. Как пули летят слова дочери о том, что она его ненавидит и обязательно отомстит.






