Как хорошо нам будет жить втроём! Ненавижу! – он с силой ударил кулаком по кровати.
– Тихо, Макс! Тихо! Успокойся, – эта вспышка ярости у двенадцатилетнего мальчишки всерьёз напугала Ивана. Он помнил, как точно также Макс кричал на ступенях больничного крыльца: «Ненавижу!!!»
– Я не хочу успокаиваться! Кто такой этот Аслан?! Что он лезет?!
– Подожди, – Поводырь крепко взял сына за плечи, – раз твоя мама его выбрала, наверное, он, и правда, хороший человек.
Последние слова ему пришлось буквально выталкивать из себя.
– Он мне не отец!
Повисла
пауза. Иван не мог подобрать слова, чтобы ответить, лишь радостно улыбался. А Максим, который никак не ожидал такой реакции на свой гнев, удивлённо смотрел на него.
– Спасибо, – хрипло произнёс Поводырь.
Мальчик смутился и потупил взгляд.
– Я знаю, кто спас меня. Ты и Андрей. При чём здесь Аслан? – теперь голос его звучал намного спокойнее. – Я расскажу маме всё, как было на самом деле. Если она узнает…
– Она не должна знать, – поспешно перебил мальчика Иван.
Не хватало ещё, чтобы Макса затаскали по психиатрам. Диагноз «посттравматический синдром» двенадцатилетнему пареньку точно не нужен.
– Никто не должен знать об Изнанке. И ты никому о ней не расскажешь. Пообещай мне.
– Но папа…
– Пообещай, прямо сейчас, – с нажимом повторил Иван.
– Хорошо, – после продолжительной паузы сдался Максим. – Я обещаю. Но как же объяснить маме, что этот Аслан ничего не сделал? Что он нам не нужен?
– Аслан очень помог твоей маме, когда ни тебя, ни меня не было рядом. За одно это мы должны быть ему благодарны. Верно?
Макс кивнул, хоть и без особого рвения.
– Он не твой отец и никогда им не будет, но это не значит, что он плохой человек.
«Зачем я это говорю?!!!»
– Просто, дай ему шанс, ладно? Ради мамы. Ей было очень плохо без тебя. И сейчас не надо затевать обиды. Ты присмотрись к нему. Если мама его выбрала, он не может быть плохим человеком.
– Я хочу, чтобы мы снова жили вместе. Ты, я и мама… – теперь уже мальчик говорил устало, едва слышно.
– Я тоже хочу быть рядом с тобой. Очень хочу, но так не получится.
– Из-за мамы?
– Нет. Не только. Ещё из-за меня. Мы с мамой очень любим тебя. Но не друг друга. Так уж получилось.
– Но я-то люблю вас обоих.
– Прости нас.
Максим откинулся спиной на подушку и уставился в стену напротив. Иван выждал некоторое время, а
потом подался вперёд и взял его за руку, крепко сжав в своей ладони. Не сразу, но мальчик всё-таки ответил на это странное рукопожатие. Так они просидели ещё несколько минут.
И на этот раз молчание не было невыносимым или тревожным, только печальным.
– Мне пора, – произнёс Иван.
Максим кивнул и отпустил его руку, Поводырь встал.
– Мы ведь сможем с тобой видеться там, на Изнанке? – мальчик взглянул на него снизу вверх.






