Поэтому когда я получила СМС от Алисы, была расслаблена и не готова к новостям. На экране я прочитала: «Генри начал приходить в себя, мне только что звонили из госпиталя». Я показала это Эдуарду, от волнения чуть не раздавив телефон.
Я тут же изобразила предобморочное состояние, и, после небольшой суматохи, профессор Догерти дала задание Эдуарду отвести меня к врачу.
Как только мы зашли за ближайший угол, то быстро вышли из здания и как можно быстрее забрались в машину. Нам понадобилось всего четверть часа, чтобы добраться до домика в лесу, где мы переоделись в спортивную одежду, более подходящую для дальних походов. Заперли дом и помчались через три штата к отцу. Так будет быстрее, потому что трафик и правила дорожного движения помешали бы нам прибыть вовремя.
Я бежала на пределе своих возможностей, а Эдуард просто держался рядом. Мы бежали, словно тени, оставляя после себя череду неясных шорохов, стараясь избегать людных мест. По пути несколько раз пришлось переплывать судоходные реки и пересечь две горных гряды.
Я бежала и понимала, что мое появление может снова практически убить отца – ему опять придется осознать то, что я стала вампиром. Однако не быть рядом с ним в момент пробуждения было выше моих сил. Когда огни Сиэтла показались на горизонте, я ускорила бег.
– Не спеши, Бэль. У нас еще есть время. Не стоит врываться в его палату,
как только он очнется, – сказал спокойно Эдуард. – Это неразумно.
– Знаю, но я ничего не могу с собой поделать! Он же будет обо мне думать, беспокоиться. Пусть увидит, что со мной все в порядке.
– Нет, нам придется сделать это деликатно. Выберем удобный момент.
– Но как? Ждать под окнами?
– Я могу провести для тебя небольшой мастер-класс по незаметному пребыванию в комнате любимого человека, – сказал Эдуард с усмешкой.
– Да, у тебя богатый опыт! – сказала я, чувствуя, что настроение у меня поднимается. – Ты месяцами подглядывал за мной, пока я спала!
– Ну вот, ты улыбаешься! Словно солнце взошло в твоих глазах!
Я резко остановилась, вдруг осознав, что прошедшие четыре месяца я ходила в постоянном напряжении, думая об отце. А Эдуард? Он же терпеливо ждал, страдая от моей замкнутости. Это так несправедливо!
– Бэль, но что за выражение лица! Ты снова страдаешь! Ты с ума меня сведешь!
– Эдуард, прости меня! Я только что поняла, что забросила тебя. Я была одержима только одной мыслью – что бы еще сделать, чтобы Генри быстрее очнулся. А ты? Ты же все для меня. Я…
Эдуард нежно прикоснулся ладонями к моим щекам и нежно поцеловал.
– Я люблю тебя. Но рад, что ты это сказала. Мне было трудно наблюдать за тем, как ты страдаешь. И я рад, что избавление близко – мы в пяти минутах от Генри.






