Он уверенно произнес в ответ:
– Ты прекрасна, моя Бэль!
Я спокойно ответила:
– Поправляйся быстрее, у твоей внучки через месяц свадьба, так что не вздумай мне снова умирать, хорошо?
Генри отмахнулся от меня рукой и откинул голову на подушку, ожидая появления врачей в его палате. Я спрыгнула вниз, где меня ожидал Эдуард. Он просто сиял от радости.
– Теперь ты окончательно прекрасна, моя Бэль! – сказал он, целуя меня.
– Я не просто прекрасна, я абсолютно счастлива, любимый!
Низкое южное небо, казалось, специально наклонилось, чтобы заглянуть внутрь нашего оазиса. Прохладные воды безмятежного озера отражали его с поразительной точностью. А еще казалось, что в целом мире есть только мы – я и лежащая на мне Адель. Я рассеянно водил пальцами по ее спине, а она улыбалась, нежно обнимая меня изящными руками. Небольшая рябь расходилась вокруг нас, и казалось, что волны пробегают по далеким звездам и протуберанцам галактик.
Мы молча слушали звуки ночной пустыни и свист ветра на гребнях высоких барханов.
– Берлин?
– Не-а…
– Москва?
– Ни за что!
– Ну, тогда Париж.
– М-м-м…
а это интересно! Заодно проведаем мой чердачок на Елисейских полях…
– О, какое облегчение! А может, тогда случайно заглянем на мою виллу? Там прекрасный вид на Париж и всего два этажа, я обещаю! Никакой прислуги, мажордомов и водителей.
– Оу, я уже сбилась со счета. Сколько у тебя недвижимости? И зачем тебе столько домов? Это же кошмар, ну честно! – сказала она с легким упреком и посмотрела мне в глаза.
Я было задумался и, покопавшись в своем обширном эго, сказал:
– Терпеть не могу гостиницы! Там столько запахов от всех предыдущих постояльцев! Создается впечатление, что я живу на оживленном перекрестке. А потом, я по привычке анализирую все, ну ты же знаешь. Мозг не может отключиться от вычисления и оценки возраста, цели пребывания, состояния здоровья. В общем, одна нервотрепка. В моем доме стоит минимум мебели и все вещи – только мои.
– А кровать там есть?
– Ну да, а как же еще? Для красоты стоит много лет. Между прочим, очень красивая и просторная…
– А прочная? – спросила Адель и так на меня посмотрела, что я понял две вещи: мы едем в Париж и кровати каюк.
– Ну, жизнь покажет, но если у тебя войдет в привычку крушить все кровати, то могу тебя успокоить – мои дома стоят по всему миру и тебе понадобиться
не один год, чтобы все переломать!
– Как же романтично это звучит! Меня это заводит… – она тут же обхватила руками мою шею и подтянулась выше, чтобы поцеловать меня. Я закинул руки за голову и не сопротивлялся, пока в отдалении не послышался свист.






