Их выдвинули на УРы, но, 68 и 62 УР не смогли удержать наступление немцев, фронт прорван, и завтра немцы замкнут кольцо перед Минском. Мы уже туда не успели. 28 июня будет сдан Минск. Перед этим его окружат. Бои в котле продлятся до 6-го июля.
– Вы так спокойно об этом говорите, Сергей!
– Еще позавчера для меня это была история, Лариса. А одним танком прорывы двух групп армий не остановить.
– Как погиб мой муж?
– Его застрелили немцы-диверсанты, одетые в форму НКВД. Вон, Лешка
их уничтожил, но, после того. Мы в стороне были, там, где вы садились. А его у шлагбаума... Видели там сгоревшую эмку.
– Да, видела. Дайте мне оружие!
– Не дам, во-первых, нету пока, только штатное. Во-вторых, пока в этом нет надобности. Появится необходимость, тогда и получите.
Сергей ей уступил свое кресло, а сам сидел на башне, свесив ноги в люк. Сзади горели Барановичи, впереди заревом было окрашено полнеба. По пятам их танка идет 2-я танковая группа генерала Гудериана. Обогнув Минск, проехали в Жодино. Топливо было на нулях, Мишка матерился, что еще чуть-чуть и украинское чудо рассыплется. В Жодино въехали по Брестской улице, малюсенькая станция, но есть эстакада, где можно погрузиться. Военный комендант на месте. Главный вопрос:
– Ваши документы!
– и что ему показывать?
– Вот, выдали в Берестовицах.
– Тут написано: Минск, а это - Жодино! Отсюда до Минска 60 километров.
– Там уже немцы, а у меня танк на испытаниях! Мне требуется вернуться в Ленинград. Выписывайте требование и дайте платформу.
– А ты кто такой?
– Командир танка.
– А почему не на фронте?
–
Тебе русским языком сказали, что требуется вывезти секретный танк! Иди, смотри! И подумай, что будет, если он к немцам попадет!
Тут вошла Лариса Фомичева, и показала свое удостоверение.
– Товарищ правду говорит. А то, что бумаг нету, так война неожиданно началась. Сюда они пробивались с боем.
– Пойми, дурья твоя башка, мы и так своим ходом прошли пятьсот километров, еще чуть-чуть и ходовая накроется, и его придется бросить!
– Что вы ругаетесь!
– Потому, что по государственному не мыслите, товарищ сержант госбезопасности.
– Ладно, есть платформа, сейчас подгонят.
– Патроны дай, 12.7, у нас последняя лента к зенитному пулемету.
– Нету! Идите к машине, а вы, товарищ оперуполномоченный, останьтесь.
Кукушка подала платформу, Мишка взгромоздился на нее, все бросились ошвартовывать и крепить танк. Затем вернулась Лариса, и через час подошел поезд из Смоленска. Дальше он не пошел, выгрузил бойцов и командиров здесь, к нему прицепили платформу, и тронулись в сторону Смоленска.
– Сергей!
– сказала Лариса, - Я теперь ваш командир. Старший команды. Соня и Валик едут в вагоне на Москву, а мы в Ленинград. А почему туда?
– Я, вообще-то, питерский, и там есть танковый завод, даже два.






