ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вера, Автор - Лав Джон Ф., , Жанр - Космическая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Вера Лав Джон Ф. Вера, Автор - Лав Джон Ф., , Жанр - Космическая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Часть первая Родовые схватки вырвали его из забытья. Сильные, настойчивые. Сквозь лихорадку он почувствовал, как капает кровь с чего-то, висящего в противоударном жилете, что и трупом уже было назвать нельзя. Выживший протянул руку вперед, выпустил и втянул когти, а потом заставил себя сосчитать все пальцы, от одного большого до другого. Судороги унялись, и он откинулся на спину. Когда проснулся, в голове слегка прояснилось, но ощущал он только ее: превратился в глаза, уши, нос и рот, утопленные в кресле, наблюдал, слушал, обонял и пробовал на вкус крушение спасательной шлюпки. С момента аварии, наверное, прошло уже несколько часов, а оно так и не завершилось. Действия, противодействия, треск и дрожь от столкновения все еще проносились по корпусу, пока тот успокаивался. Схватки начались снова, но на этот раз судороги помогли овладеть собственным телом. Сознание настороженно вернулось в руки, грудь, живот и ноги, проверило, насколько тяжел урон. В боку пульсировала тупая боль, совсем непохожая на острые спазмы родов. Уцелевшему надо было так много сделать, и рана вместе с беременностью шансов не добавляли. Мысль о том, что смерть в спасательной шлюпке превратилась бы в еще большую помеху, слегка позабавила его, но

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Раньше «Вера» выживала, пожирая Себя. Теперь же начала испражняться.

То, что вышло из разреза, напоминало пять пальцев огромной руки, и каждый был толще деревьев с Шахры. Они располагались примерно в двухстах футах друг от друга по всей длине раны и двигались так, словно там, во тьме, их соединяла одна ладонь. Они были темно-синего цвета и поначалу во мраке казались практически незаметными, но стали ясно видны на фоне серебристого корпуса.

Экипаж сразу узнал необычный оттенок цвета кровоподтеков. Из «Веры» вышло пять корпускулярных лучей, только их замедлили в миллионы раз, и теперь они текли, словно патока, но даже сверкали так же. Они вязкими потоками выползли из раны, а когда появились — и продолжали, продолжали появляться, — то поднялись и, колеблясь, поплыли прочь от Нее, как слепые черви, пытаясь дотянуться до облака из обломков, парящего рядом.

Они выходили из Нее, наносекунды энергии, которые замедлили в миллионы раз, и они стали массой. Только та оказалась больше импульса, которым «Чарльз Мэнсон» поразил «Веру», как будто Она обратила вспять коэффициент превращения массы в энергию или же взяла новый, откуда-то из другой вселенной. Экран проанализировал новые данные. Согласно его выводам, структурой потоки походили на корпускулярные лучи, но их масса была невероятно большой. А потом все данные вновь сменились надписью «нет возможности».

Пальцы добрались до облака из обломков и ткнулись внутрь, аккуратно убирая в сторону

крупные куски. Затем потоки разделились на тонкие отростки, потом еще раз и еще, пока даже самый толстый из них не стал похожим на нить. Они двигались посреди деталей обшивки, связывая их, переставляя, вращая с инстинктивной деликатностью пауков и сплетая в ажурную сферу, по размерам большую, чем сама «Вера».

Пять пальцев продолжали вытекать из раны, струясь сквозь провал в ажурную сферу. Они выцвели, сначала став светло-голубыми, потом и вовсе прозрачными; и они были полыми. Внутри них висели объекты, которые «Вера» закачивала в сферу, поначалу десятками, а потом и сотнями. От груза пять прозрачных трубок пульсировали. Фурд приказал экрану дать увеличение, но тот все сделал заранее, и коммандер сразу понял, что перед ним: в сферу уходило то, что Она забрала у «аутсайдера», и то, что они запустили в Нее, и все это множилось, прирастало в невероятном и невозможном количестве.

В трубках летели черные предметы серповидной формы размером с человеческую голову с алмазными наконечниками и обрывками моноволокна, тянущимися следом: куски крюков, которые Кир называла «руками дружбы». Сотни бриллиантовых осколков, оставшихся после взрыва «шкатулок». Потом пролетел вращающийся, кувыркающийся кусок темного металла: сломанный обод от «молитвенного колеса».