ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Паутина, Автор - Мэри Шелли, Перси Шелли, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Паутина Мэри Шелли, Перси Шелли Паутина, Автор - Мэри Шелли, Перси Шелли, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Мэри Шелли, Перси Шелли П А У Т И Н А ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: РОБИН ГУД в темноте на верхней полке вагона проснулся от крика и слушая как перестук колес ткет одеяло из тишины понял что никогда уже не узнаю кто кричал - я сам или кто-то другой или приснилось (Виктор Степной, "Голоса тишины") Клетка 1. СПЕЦИАЛИСТ ПО ХУДЛУ Что-то колет в левом боку... Все колет и колет... Я окончательно стряхнул сон и повернулся. Движение отозвалось болью в висках. Вперед тебе наука: не пей кофе два раза подряд в одном и том же Нет-кафе. Но как аккуратно научились работать, гады! Раньше бы с помпой, с дубинками, руки за спину, башкой об железную дверь. А теперь - прыснули какой-то гадостью, и все, вырубился. И даже не знаю, сколько так валялся... А что же это там колется все-таки? Я пошарил во внутреннем кармане пиджака. Ага, в протоколе эти щупальца с переходниками назвали бы "универсальным устройством для нелегального подключения к Сети". Забавно: столько раз спал в одежде, и каждый раз какая-нибудь такая штука в кармане обязательно мешает лежать. Лет сорок назад, к примеру, была очень похожая коробочка с тремя выводами - только для мага. Хорошо еще, что я зашел в Нет-кафе на обратном пути от Саида, а не

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я люблю разглядывать лица людей, вышедших из Сети. Это вроде игры: нужно угадать, что они там делали. Насчет девушки все ясно. Лицо покрасневшее и обмякшее, на груди - два мокрых пятна почти правильной круглой формы, в них еще два пятнышка, потемнее. На фоне идеально-белой футболки это смотрится, как два глаза - не столько эротично, сколько комично. Впрочем, это скорее моя бессознательная реакция - девица-то занималась сексом с машиной, а не со мной!

А вот что парень там делал - это сложнее. Говорят, что лица людей, выходящих из кубиков, напоминают лица зрителей, выходящих из кинотеатра. Это не всегда верно. Ведь кино - это законченное произведение: пережил эмоции и пошел домой. Вот как девица эта. А у парня выражение другое: он еще там, в его мозгу еще продолжается начатый в кубике процесс, и лицо его - как восковая маска, безо всякого выражения.

Интересно, почему это самое "безо всякого" воспринимается другими как нечто отрицательное? Мне вдруг вспомнилось, что точно такое же лицо - но только у меня самого - часто замечала Рита. И всегда спрашивала: "что-то случилось?".

"Да ничего, я просто думаю..." - говорил я. Но каждый раз, когда она видела меня таким, она снова и снова задавала этот вопрос. Возможно, если бы у меня всегда было такое лицо, она бы не реагировала так встревожено. Но когда мы познакомились, я был другим. Она целый день присматривалась ко мне, думая, что я клоунничаю,

выделываюсь, пытаюсь ее очаровать... Вечером того дня она шептала: "А ты ведь на самом деле такой... а я думала, ты играешь!" И я действительно был таким, таким и остался. Но наверное, я "такой" - для других.

Первый раз, когда Рита заметила меня "без лица", случился через месяц после нашего знакомства. Ночью она проснулась и незаметно вошла на кухню, где я сидел над диссертацией. Обернувшись на шорох, я улыбнулся - но она подошла ко мне, словно чем-то напуганная, и серьезно спросила, все ли в порядке.

Напрасно я убеждал ее, что со мной все хорошо. "Не обманывай, пожалуйста.

Зачем ты от меня что-то скрываешь? У тебя было такое лицо... Такое... как будто это не ты, или как будто ты умер!" - она готова была заплакать. Чтобы успокоить ее, я соврал, что один из моих выводов оказался ложным, нужное мне слово происходит совсем от других корней, и поэтому я немного расстроен.

Я и сам заметил, что занимаясь умственной работой, я обычно старался остаться один, как можно сильнее изолироваться от посторонних взглядов.

Позже, после нескольких лет жизни за рубежом, я стал "погружаться" и в присутствии других, чем нередко удивлял и пугал их. Рита в конце концов привыкла, что со мной "так бывает", она теперь спрашивала "что-то случилось или ты просто думаешь?", и я молча показывал ей оттопыренный вверх большой палец.