ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она так мечтала о стильной работе за рубежом. Ей и в голову не могло прийти, что в Европе она попадет в настоящее рабство! Теперь у нее нет права голоса, ее тело больше не принадлежит ей. Но у нее есть цель – вырваться на свободу. И им легче убить ее, чем сломить. Шокирующая история русской девушки, ставшей жертвой траффикинга. Продана Эфрон Вера Она так мечтала о стильной работе за рубежом. Ей и в голову не могло прийти, что в Европе она попадет в настоящее рабство! Теперь у нее нет права голоса, ее тело больше не принадлежит ей. Но у нее есть цель – вырваться на свободу. И им легче убить ее, чем сломить. Шокирующая история русской девушки, ставшей жертвой траффикинга. Annotation Она так мечтала о стильной работе за рубежом. Ей и в голову не могло прийти, что в Европе она попадет в настоящее рабство! Теперь у нее нет права голоса, ее тело больше не принадлежит ей. Но у нее есть цель – вырваться на свободу. И им легче убить ее, чем сломить. Шокирующая история русской девушки, ставшей жертвой траффикинга. Эфрон Вера Предисловие Глава первая Глава вторая Глава третья Глава четвертая Глава пятая Глава шестая Глава седьмая Глава восьмая Глава девятая Глава десятая Глава одиннадцатая Глава двенадцатая Глава тринадцатая Глава четырнадцатая Глава пятнадцатая Глава шестнадцатая Глава семнадцатая Глава восемнадцатая Глава девятнадцатая Глава двадцатая Глава двадцать первая Эпилог P. S. Интервью с автором Эфрон Вера Продана Предисловие Комната мала и тесна. Стены выкрашены в бело-мелов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Тебя один и тот же дрючит регулярно. Может, тебе это нравится.

– Заткнись, ты, проститутка!

– Не ругайтесь, – попросила я обеих, не очень понимая, о чем они говорят. – Лучше помогите мне.

Девушки подхватили меня под руки и отвели в кресло. Татьяна взяла несколько кусков льда из холодильника, положила их в пластиковый пакет и подала мне. Эвелина поднесла зеркальце. Я посмотрела на себя и снова

заплакала. Губы потрескались и опухли, на скулах виднелись синяки. Я удрученно потрогала их. Как мне теперь работать в казино с синяками?

– Наташенька, что за казино ты упоминаешь все время? – спросила Татьяна.

– Сергей…

– Забудь о том, что сказал Сергей, – прервала Эвелина.

– Он хуже Марата, – кивнула Татьяна.

– С Маратом все ясно, достаточно на морду посмотреть, но этот гад Сергей…– вздохнула Эвелина.

– Этот змей обведет вокруг пальца кого хочешь, – закончила за нее Татьяна.

– И жестокий он…

Я не верила им. Как вообще Эвелина посмела сравнить этого гадкого сутенера с добрым и славным Сергеем! Он вызволит меня отсюда, как только узнает, что я не добралась до казино. Он просто не догадывается о том, что за звери его знакомые. А если бы догадывался, то ни за что не поручил бы им сопровождать меня в Вильнюс. Он хороший, честный, он не может быть другим!

– Сергей обычно надувает таких глупых деревенских дурочек, как ты, и продает их Марату. Так что он такой же сутенер, как и другие.

–

Что?!

– Ты не ослышалась, – подтвердила Татьяна. – Он тебя продал.

– За тысячу зелененьких.

– За что?!

– За тысячу долларов, дуреха, – сказала Эвелина.

– Но ведь я человек, а не какое-нибудь шило!

– Людей тоже можно продавать.

– Ага, только не меня! Меня не продать! – возразила я. – Вы все придумываете!

Девушки понимающе переглянулись. Мне бы очень хотелось, чтобы они рассмеялись и сказали, что это был розыгрыш. Дурацкая шутка или, еще лучше, дурной сон. Вот сейчас я проснусь в машине, которая подъезжает к Вильнюсу, и Эвелина попеняет мне, что я всю дорогу дрыхла.

Я до боли закусила губу – нет, это был не сон. Во сне так не избивают. Но… у меня не укладывалось в голове то, что я сейчас услышала. Мы живем в свободном обществе, в нем нет места рабам. Рабов никогда не было ни в Советском Союзе, ни в нынешней России. О чем они вообще болтают! Рабы, конечно, были, но когда! Я читала «Хижину дяди Тома», но это было в Америке более сотни лет назад! Даже в Америке работорговля теперь отменена. Нельзя продать человека. Это просто абсурд!

– Сергей продал тебя Марату, – повторила Эвелина. – Ты же видела, как он получал деньги на вокзале.

– Но я ему не принадлежала! Как он мог продать меня за деньги?

– Взял вот и продал.

– Не верю! – твердила я.