Ты ведь знаешь это, так? — тихо говорит он.
— Да, — выдыхаю я. Я знаю, что он любит. Но Пик — подлый человек, такой же как я, и любовь, которую мы чувствуем друг к другу заражена болезнью, которую знаем только мы. — Я тоже люблю тебя.
— Мне нужно, чтобы ты смыла все это с себя, прежде чем мы уедем.
— Я не хочу, — всхлипываю я как ребенок.
— Знаю. Но все кончено. И у нас нет времени думать о том, что мы чувствуем прямо сейчас. Больше всего мне нужно, чтобы
ты отключила все чувства, чтобы мы смогли убраться отсюда к черту.
— Куда мы?
— Уезжаем из страны. Не знаю. Но нам нужно куда-то уехать, чтобы разобраться со всем этим дерьмом.
Я качаю головой, опускаю ее и чувствую, что слезы катятся по щекам. Они падают на грязный ковер у моих ног, и я знаю, что не могу дальше продолжать так жить.
— Я не могу сделать это, Пик. Не могу.
— Можешь. Ты просто напугана. Мы столько пережили вместе, переживем и это. Просто доверяй мне.
Легкие покалывания пробегают по руке и медленно двигаются к моей груди, когда я оживаю.
— Я не знаю, смогу ли дальше так жить.
Пик делает шаг назад, опускает руки и говорит:
— Что это значит?
— Я не хочу бежать.
Он пересекает комнату, и я чувствую это. Конец. И это, черт побери, убивает меня, потому что я люблю Пика. Всегда любила и буду любить.
— Ты ведь понимаешь, что они придут за тобой? — запугивает он.
— Нет, не придут. Я ничего не сделала, — говорю я. — Все это твоих рук дело.
— Ах, вот как ты думаешь? Что твои руки чисты? — произносит он, раздражаясь и взглядом метая в меня кинжалы. — Я — невидимое звено во всем этом. А вот за тобой они придут. За женой. Неверной женой. У тебя есть мотив.
— И какой же?
Он делает паузу, а хитрая ухмылка появляется на его лице.
— Твой ребенок.
Простое упоминание вызывает физическую реакцию внутри меня — мое сердце начинает бешено колотиться.
—
Вот так. Полиция, вероятно, уже все знает. Ложь, которую ты сказала, станет правдой, потому что ты вынудила всех в это поверить.
— Почему ты сделал это со мной?
— Ты сама сделала все это. Ты — эгоистка, которая готова пустить все под откос, потому что не может продолжать так жить. А что насчет меня? Ты хочешь бросить меня?
— Я не знаю, чего я хочу, потому что ты отобрал у меня право выбора.
— Я не позволю тебе уйти, — утверждает он. — Я слишком много дал тебе.
— Все, что ты делал — это брал.
— Я отдал
тебе свою проклятую жизнь! — кричит он, сжимая руку в кулак и ударяя им в панельную стену. Мое тело дрожит от страха, когда он прожигает меня своим взглядом и шипит: — Я отдал тебе всё. Я люблю тебя. Всегда любил.
И вот оно. Момент, когда мне все становится ясно. Я никогда не смогу начать сначала, потому что невозможно начать новую жизнь, начать с нуля, когда прошлое следует за тобой по пятам.
А Пик? Он никуда не денется.






