«Знакомые все лица». Вы с Сашей, мама с папой, его родители с тетей Верой, Сотниковы — и все. Хотя, нет, вру! Еще Валеркин друг Семен с женой из Москвы прилетит.
Сотниковых Кира знала. А вот Валерка…
— Валерка — кто это?
— Как кто? Мой муж, — после секундного молчания ответила Ирина.
— Его же Игорь зовут, — вылетело у
Киры.
— Кирюша, ты так шутишь? — неуверенно хихикнула Ира.
Кира уже осознала, что с ней опять случился очередной парадокс, тот, что в одном ряду с туфлями и родинкой, но она по инерции продолжала упорствовать.
— Подожди, ты что, хочешь сказать, твоего мужа зовут Валерой?
— С утра звали. Вряд ли что-то изменилось.
Кира растерялась и не знала, как продолжить разговор. Чувствовалось, что сестра обескуражена и тоже не понимает, как ей себя вести. Первой взяла себя в руки Ирина, она всегда была более рассудительной.
— Кирюша, ты, наверное, сильно устала на работе. Я тебе давно говорю, нельзя так выматываться! Видишь, в голове что-то переклинивает. Давай-ка успокойся, на обед сходи, поешь нормально.
— Ой, Ириш, я что-то сама не своя. Сегодня Сашка приехал, и я совсем как шальная. Вот и напутала! — Кира прекрасно знала, что дело не в этом, но надо было как-то выкручиваться. Не хватало еще, чтобы Ирина решила, будто у нее с головой не в порядке.
— Вот видишь! — с облегчением выдохнула сестра. — Тебе надо больше отдыхать. Ладно, завтра ждем вас.
— Ага, передай наши с Сашкой поздравления…Валере, — на секунду запнулась Кира. — Все, пока, у меня тут дела.
Никаких дел, конечно — просто хотелось прекратить разговор.
— Да-да, милая, — заторопилась Ирина, — до завтра.
— Целую!
Кира положила трубку и несколько минут молча созерцала противоположную стену. Внезапно что-то решив, развернулась к компьютеру. Из-за соседнего стола встала и подошла к ней Оля. За ней – Альберт. Марик сегодня будет только после обеда, так что в их просторном, по западному образцу разделенном стеклянными
перегородками кабинете они были втроем.
— Кира, ты идешь? — позвала Оленька.
— Провозимся — народ набежит, — поддержал Альберт.
— Куда? — автоматически спросила Кира, думая о своем.
— Как это куда? Ты что, мать, заработалась? На обед! Давай скорее! — Самой большой страстью Альберта была еда, и он пританцовывал на месте от нетерпения. Голодные диеты Альберт считал святотатством.
— Вы идите. Я не пойду.
— Что значит «не пойду»? Ты же хотела! — возмутился он.
— Что-то случилось? — спросила более проницательная Оленька, внимательно глядя на Киру. Альберт мигом забыл про праздник живота и тоже встревожился.
Высокий, полный Альберт и маленькая, ниже Киры, щуплая, похожая на цыпленка Оленька забавно смотрелись вместе. В другое время Кира непременно улыбнулась бы, но сейчас ей было не до улыбок.






