Извращенец, которому доставляет удовольствие настраивать людей против себя и которому проще сделать себя монстром в глазах окружающих, чем признаться в том, что ему тупо одиноко и больно. Так что, может, Ди и права, и мы с тобой похожи даже больше, чем нам обоим кажется. По крайней мере, мы друг друга стоим!
Впереди образовался затор, и Кей вытянул шею, чтобы посмотреть, что случилось.
– Цела? – спросил он, увидев поднимающуюся с земли Николь. Что-то в этой жизни менялось, а что-то – нет: ниса, как всегда, была исключительна в своей способности падать на ровном месте.
– И это не в последний раз, – отметил Малик, когда они снова возобновили путь и словили от девушки замечание по поводу их братского перешептывания. – Она так и будет падать, пока не расшибется окончательно, и мы оба это знаем, Дэни. Так и кому следует быть рядом? Мне, неспособному защитить даже самого себя, но поверившего в то, что даже без своих сил, я все еще человечище с большой буквой «Ч»? Или тебе, благородному идиоту, который, даже являясь редкостным эгоистом, расшибется в лепешку ради тех, кто ему дорог? Кто ей нужен больше: бесполезный старший брат-развалюха или парень-супермен с одной извилиной?
– Чего ты добиваешься? Ты прямо можешь сказать? Без вот этих своих закидонов?! – прорычал Кей, борясь с искушением вырубить Малика, чтобы хоть немного пройти в тишине. – Чего ты хочешь?!
– Отдохнуть, – просипел Дэвид, прочистив горло. – Я устал, Дэни. Устал от всего этого дерьма, и просто хочу, чтобы все побыстрее закончилось.
Мне не удалось найти свое место в мире, но у меня еще есть немного времени, чтобы обрести мир с самим собой. Возможно, это – моя последняя возможность сделать это. Но чтобы все получилось, мне нужно быть уверенным в том, что ты, братец, как обычно, не налажаешь в самый последний момент, – тихо рассмеялся Малик. – А потому я прошу тебя об услуге: раз в жизни, всего раз в жизни, Дэни, поступи по-моему. Засунь свое «я» и свои принципы себе в жопу, и, когда наступит нужный момент, ты поймешь какой, сделай правильный выбор…
– Что ты…, – нахмурился Арчер, прямо посмотрев на Малика: если бы он не знал Дэвида, он бы подумал, что тот прощается.
– Просто запомни мои слова, Дэни. Просто запомни.
– Признай, братец, – пропыхтел Малик, пока Кристиан стаскивал с его обгоревшей руки плащ, – ты же кайфуешь сейчас, да? Смакуешь каждый момент, радуясь легальному предлогу причинить мне как можно больше страданий…
– Ди, помоги мне, – проигнорировал Арчер, подзывая сенатора, которая все еще возилась с лебедкой. Хранитель знал, что Малик болтал исключительно для того, чтобы отвлечься от всепоглощающей боли, с которой даже самые сильные анальгетики не могли справиться. Кей знал это не понаслышке, ведь и сам когда-то оказался в похожей ситуации.






