— Что с ней будет?
— Может, все обойдется, — угрюмо сказала Мария.
Но не обошлось. Через полгода мамы не стало. От уставшей голубоглазой женщины и третьего помета, которому не суждено было появиться на свет, осталась только могила на краю кладбища и две девочки-сироты, которых больше некому было защитить.
Глава 1.
От жара палящего солнца пот заливал и щипал глаза, но грядки должны быть прополоты к вечеру, иначе ждет очередное наказание хитрого на выдумки Шархая.
Ника в пятый раз за последний полчаса выпустила тяпку из рук и вытерла лоб. Еще жарче от упрямых кудряшек, которые выбиваются из-под косынки и лезут в глаза, но Шархай запретил ей стричься.
— Только волосы и доказывают, что ты девка, — сказал он однажды, как обычно, кисло морщась. — Обкорнаю сам, если решу, а ты не смей!
Но волосы ладно. Куда тяжелей на пекущем солнце, когда на тебе длинная, закрытая одежда. С другой стороны, рисковать, выставляя на всеобщее обозрение голые руки, а тем более ноги слишком
опасно. Лучше уж пожариться, да потом пообливаться. Нике почти пятнадцать и, несмотря на все нежелание взрослеть и попытки уговорить собственное тело не приобретать женские формы, оно не слушалось. До Марии далековато — та уже год как превратилась в женщину, к счастью, только внешне, боги миловали, удавалось каким-то чудом держаться в тени и ни перед кем не засветиться. Но Ника видела сестру в бане и видела себя. Она, конечно, тоньше Марии, ниже ростом, более хрупкая, но грудь наливается и наливается, всегда была плоская, потом как будто припухла — а теперь помещается в ладонь. И скорее всего, будет расти еще. Бедра раздались, вроде остались узкими, но только до того момента, когда сравнишь с талией — тогда понятно, нет, растут, готовятся к возможному материнству. Материнство пугало даже больше спаривания. Что ждет потом этих чудных малышей, вкусно пахнущих молоком и теплом? Мальчишек заберет самец, который покрывал самку и вырастит из них чудовищ, а дочерей ждет такая же участь, как ее саму — беспросветная работа, роды и страх перед самцами. Постоянные попытки спрятаться, чтобы не влетело. Ужасно.
Вот бы уйти!
Только оставаясь в одиночестве, Ника рисковала повторять эту заветную фразу. Вот бы уйти, сбежать из деревни, спрятаться и стать самой себе хозяйкой! В мире есть люди, много-много людей, это точно — во время уборки дома для мужчин она смотрела несколько раз телевизор и помнила каждый увиденный кадр. Людей на свете много — существуют целые города, плотно построенные дома, теряющиеся высоко в тучах. Города, где люди, даже женщины,
ездят на машинах и никто не сидит в огороде или на ферме целыми днями.
Однако дальше аморфной мечты о чем-то прекрасном мысли не шли. Ника просто не знала, что там может быть еще, кроме нескольких кадров.






