Старик молчал, разглядывая молодого человека, словно решая: связываться или нет. Меня он больше не замечал.
– Кто ты, посмевший перечить нашей воле?
– Капитан первого ранга Верховного Совета.
Старик медлил, покачивая посох жилистой рукой.
– Что ж… на следующем совете ты за все ответишь…
И вернулся в шеренгу. Шествие продолжалось.
Незнакомец обернулся, и я смогла хорошенько его рассмотреть. Серебристое каре. Большие
темные глаза с красным отливом. Изогнутые черные брови, контрастирующие с белой кожей. Тонкие губы, скривившиеся в гримасе. По земным меркам – не красавец, да еще бардовая полоса, прошедшая по всему лицу, от левого глаза до правого уголка рта, портила всю картину. Старый рубец. Из-за него сломанный когда-то нос, слишком изящный для мужского лица, казался с горбинкой.
– Приятно познакомиться. Похоже, Вы только что спасли меня.
– Если ты хотела покончить с собой, есть более простые и менее… – он поморщился, - скверные способы. Погибнуть в битве, например.
В последних словах, мне вновь почудился сарказм.
– Кто эти люди и как они могли причинить мне вред?
– Ты не знаешь законы Поднебесья?
– После курса покаяния, - соврала я. Ну хоть в моем воображении
очередная попытка увенчалась успехом.
Он посмотрел на тюремную робу.
– Это шаманы Бурри. По старинному договору, скрепленному века назад, они прибирают себе людей, встретившихся на пути. Все знают об этом и спешат покинуть площадь, заслышав стук посохов. Но есть и те, кто остаются. Фанатики или самоубийцы. Ведь любой младенец в курсе, что люди Бурри приносят в жертву людей, высвобождая духов в помощь на поле боя.
– Они приносят в жертву людей, и никто не препятствует?
– Они оповещают о своем приближении – все честно. К тому же это старинный кодекс чести – погибни за свой народ.
– Подними руки, - приказал капитан. С минуту поколебавшись, я потянула обвитые железом запястья вверх.
Неторопливо достав из кармана предмет, в котором я с трепетом узнала пистолет, и прислонив его к моей голове, капитан вызвался сопроводить меня обратно в камеру.
Чертов ублюдок.
8
глава
Я тащилась за капитаном по коридору, старательно отводя взгляд от проходивших мимо людей. Почти все они были в военной форме, и от каждого разило опасностью. Я старалась смотреть на мыски своих разбитых ботинок, проклиная мир, в который попала.
Из моей камеры, с которой мы практически сроднились, доносилась ругань.
– Как ты мог потерять ее! Отродье горное! И что я буду докладывать руководству?
– Но шаманы Бури…
– Не желаю ничего знать…
– Проходи, - вежливо пихнул меня капитан.
– Иди к черту, - медленно и четко произнесла я, надеясь, что он поймет значение верно.
Его глаза сузились. Понял.
Я переступила порог и скрылась в камере. Надеюсь, мы никогда больше не увидимся.
– Все готово. Пройдемте.






