Я сгораю, как новогодняя свечка, и вот смеюсь. Улыбаюсь этому дню, небу, асфальту. А что, кстати, стряслось у Вас? Ах, Вы два дня делали отчет, а босс кинул его Вам в лицо? Мне жаль, действительно, есть от чего так переживать.
Но я не спросила, а он прошел мимо. Сдаешь… сдаешь, подруга. Раньше – до этой черты, за которой страшная болезнь, незнакомец не прошел бы мимо. Никто не проходил. Ну, да я отвлеклась.
Веду дневник. После моей смерти (звучит не так страшно, как некоторым представляется, когда входит в ежедневную привычку), попрошу маму отдать его Славке. Почему-то уверена, ты придешь, прочтешь и поймешь.
Слава,
не знаю, вспоминаешь ли ты обо мне… я - часто. У меня вошло в привычку разговаривать с тобой и советоваться. И знаешь, что я хочу тебе сказать – ты всегда даешь чертовски дельные советы. Спасибо тебе, сестрица! И хоть помню тебя чрезмерно серьезной девочкой, такой похожей и одновременно не похожей на меня, почему-то уверена – ты совсем не изменилась. Одно знаю точно: жизнь не должна разлучать близких людей. Начинаю ценить то, что имела слишком поздно. Ну почему, спрашивается, за двенадцать лет я не могла послать к какой-то матери все дела и не разыскать тебя, мою милую сестрицу. Теперь уже поздно. Я умираю и не хочу, чтобы ты видела меня такой. Запомни свою Кэм солнечной девочкой, а не сгустком жалости с коротеньким ежиком волос на голове, выбеленной кожей и запавшими глазами, красными как у кролика.
Мне иногда кажется, что до этой болезни я не знала себя, настоящую. А теперь знаю. И могу сказать тебе, Слава, что никому и никогда я не открывалась так, как тебе, сестрица. Помнишь, в детстве у нас был тайник на дереве? Там, в птичьем гнезде, мы прятали свои записки с желаниями. Я все время плачу, когда думаю об этом. Всего одна чернильная просьба на крохотном клочке бумаги... но я снова пишу не о том.
Мы с тобой, безусловно, воевали все детство, но нам было весело. Не правда ли? У нас был только нам одним
понятный сказочный мир, в котором мы понимали друг друга с полуслова. Я была прекрасная принцесса, а ты маленький верный паж… Не знаю, нравилась ли тебе эта игра так, как мне, но я бы многое отдала, чтобы еще хоть раз превратиться в ту сказочную принцессу, у которой самый верный паж в мире.
А помнишь, как мы играли в домик, и я застряла между диваном и стенкой? И никак не могла вылезти? Ты пробовала отодвинуть диван, проталкивала меня, вытягивала за руки. Ничего не помогало. И тогда ты приняла одно единственное верное решение, за которое, впрочем, я обижалась на тебя не одну неделю. Ты укусила меня за ту «выдающуюся» застрявшую филейную часть тела. Эффект превзошел все твои ожидания: я выскочила как пробка и завизжала так, что прибежали соседи и сверху и снизу.






