Когда настанет время, ей предстояло занять место отца. Пока была возможность, она бежала от этого, как бежала от горечи утраты и скорби. Отец ее готовил на пост Главы клана всю ее подростковую жизнь, после того как мать отошла в мир иной. Она опасалась, что не осилит отведенную ей роль, несмотря на то, что ее обучение проходило семь лет и многие обязанности она выполняла еще при жизни отца. Скоро ей исполнится девятнадцать лет и груз ответственности за весь клан, ляжет на ее плечи. Возможно, она справится, но еще пока не готова возложить на себя такие обязательства и в очередной раз, одевшись как простолюдинка, бежала от реальности.
Холодок пробежался вдоль спины. Кто-то наблюдал за ней. Чувство слежки не посещало ее с момента гибели отца. Если при нем, она не воспринимала надзор преследующих ее охранников, то тут было нечто иное. Чужой взгляд, неусыпно следовал за ней. От этого внимания мурашки бегали по коже. Он не столько следил, сколько изучал. Это новое ощущение заставляло девушку испытывать дискомфорт. Инстинкт требовало скрыться, спрятаться от навязчивого взора. Слиться с толпой, стать одной из тысячи, а не одной единственной претенденткой на трон клана, преследуемой неизвестным.
Она задержалась у лотка продавца тканью, который торговался с покупателем. Они шутили, вызывая у окружающих улыбки. Умение торговаться - являлось искусством. Чем остроумнее звучали реплики покупателя, тем охотнее продавец сбрасывал явно завышенную цену. Таким умением обладали не многие, тем более таких любили торговцы. Для них это как лакомый кусочек. В такие моменты ценилось не столько умение сбыть свой товар, сколько умение покупателя настоять на своем. Дисскусия разгоралась, спорившие вошли в раж. Подобный торг сродни азартной игре, победителем из которой, выйдут обе стороны. Продавец не потеряет с задранной сверх меры цены, а покупатель сбросит для нужных ему границы доступных средств. Борьба характеров затянулась на 15 минут. Этап шуток прошел, настал черед напряженности. Окружающая толпа отпускала шутки, кто кого, тут и там раздавались смешки и выкрики. Приподнятое настроение собравшейся публики, влекло любопытных как мух на мед. Она стала частью этого. Не отдельно взятым элементом, а составляющей одного большого организма, под названием толпа. Тех, кто живет в тени тех, кого не рассматривают, словно насекомых и не подвергают сомнению каждое их слово. Так хотела жить она. Судьба решила иначе. Вскоре ей
предстояло отдавать приказы, ожидала отвественность за жизнь каждого, кто находился на этой площади. Судить и миловать, наказывать и щадить.
Спор затянулся, толпа затихла, напряжение по коже прошлось покалыванием. Покупатель настаивал на своей цене, торговец молча раздумывал.






