ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Анин Александр Николаевич Полигон Анин Александр Анин Александр Николаевич Annotation Анин Александр Николаевич Полигон ПОЛИГОН Роман Александр Анин Часть первая 1 Оттепель наступила не по срокам рано: был только конец февраля, когда зима разжала на время свои ледяные щупальца, уступив место теплым ясным денечкам. И хоть потепление это было преждевременное, не весеннее еще, а выходило по пословице "Весна днем красна": по утрам дворники посып'aли солью разбросанные кое-где по асфальту зеркальца замерзшей талой воды, а к полудню солнце начинало припекать так усердно - впору загорать. Под напором солнечных лучей сугробы стали похожи на горбушки хлеба, исклеванные гигантскими прожорливыми птицами. Задорно зазвенели голоса ребятни, разом высыпавшей на улицу с велосипедами, роликовыми коньками, досками и прочими орудиями детского активного досуга. Только все в природе имеет свое место и свое время. После недолгого солнечного буйства недогулявшая зима снова включила свой морозильный агрегат. Холодный северный ветер нагнал свинцовых туч - и как будто не было тепла. Снова снег, снова стужа... По ночам слышны были громкие сухие хлопки. Это мороз ломал кости деревьям, принявшим временное потепление за настоящую весну и уже пустившим по своим жилам кровь Земли. Застывая, кровь рвала стволы, и звуки этого костолома были похожи на стоны поверивших в оттепель и жестоко обманутых живых существ. Но, побесновавшись немного, зима стала выдыхаться, на этот раз уже бесповоротно. Задул напористый

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сколько там у нас трудится?

– Восемнадцать - на дээска и шесть - на Кемерово-товарной грузят дома.

– Пусть грузят то, что наработали, - сказал Виктор, - и едут все сюда. Я сейчас позвоню, а ты пока прикинь, что получается.

Кораблев снял трубку и попросил Аню соединить его с Кемерово. Пока он ждал соединения, пока разговаривал по телефону, Трофимов сделал кое-какие расчеты, и когда Виктор закончил разговор, положил перед ним исписанный цифрами листок.

– Да-а...

– протянул Кораблев.

– Значит, чтобы уложиться в два дня, нам нужно работать в три смены. Десять вагонов за смену... Сколько весит каждый такой булыжник?

– В зависимости от размера - от пяти до тридцати пяти кэгэ.

– Мне в студенческие годы приходилось разгружать такие камешки, - сказал Виктор.

– Новых рукавиц хватало только до обеда. Дальше - голыми руками. Скажи Потапову, чтобы обеспечил голицами. Они покрепче.

– Он посмотрел в листок.

– Судя по твоим расчетам, за смену каждый доброволец должен перекидать около двадцати трех тонн.

– Не просто перекидать, - уточнил Трофимов, - а положить на транспортер, чтобы можно было сразу грузить на самосвалы и отвозить на трассу. Можно будет, конечно, вывалить все на землю, только ведь потом придется с земли поднимать. Двойная работа...

– Итак, что же получается?

– задумчиво произнес Кораблев

и, помолчав немного, продолжал: - А получается, что если не случится какого-нибудь катаклизма, мы укладываемся, но работать придется на пределе возможностей... Надо все-таки послать телефонограмму Федорову, пусть поговорит с Беловым, чтобы тот организовал помощь от военных... в случае чего. Теперь - насчет того, куда нам пустить этот камень... Здесь, южнее Транссиба, есть известняковые карьеры. В свое время оттуда возили камень и песок для БАМа. Карьеры хоть и считаются выработанными на семьдесят процентов, и горняки ушли оттуда на новые места, но нам на первое время хватит. А песка там вообще немерено. Я туда летал на вертолете с военными.

– Это хорошо, что там песка немерено, - живо отреагировал Трофимов.- Песка нам понадобится много.

– Хорошо-то хорошо, - сказал Виктор, - только дороги туда нет. БАМовцы ездили по грунту и так его раздолбали, что там не то что грузовик - вездеход не проедет.

– Значит, пустить этот камень нужно на строительство дороги до карьеров, - убежденно констатировал

Трофимов.

– Правильно...

– продолжал Кораблев.

– А как только дорога от Песков до карьеров будет построена, начнем ремонт нашей северной автодороги.

– Он подвинул лежащую перед ним карту поближе к Трофимову.

– Смотри... Она начинается от Веерной, тянется почти до середины Полигона и упирается в бетонку.