ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Анин Александр Николаевич Полигон Анин Александр Анин Александр Николаевич Annotation Анин Александр Николаевич Полигон ПОЛИГОН Роман Александр Анин Часть первая 1 Оттепель наступила не по срокам рано: был только конец февраля, когда зима разжала на время свои ледяные щупальца, уступив место теплым ясным денечкам. И хоть потепление это было преждевременное, не весеннее еще, а выходило по пословице "Весна днем красна": по утрам дворники посып'aли солью разбросанные кое-где по асфальту зеркальца замерзшей талой воды, а к полудню солнце начинало припекать так усердно - впору загорать. Под напором солнечных лучей сугробы стали похожи на горбушки хлеба, исклеванные гигантскими прожорливыми птицами. Задорно зазвенели голоса ребятни, разом высыпавшей на улицу с велосипедами, роликовыми коньками, досками и прочими орудиями детского активного досуга. Только все в природе имеет свое место и свое время. После недолгого солнечного буйства недогулявшая зима снова включила свой морозильный агрегат. Холодный северный ветер нагнал свинцовых туч - и как будто не было тепла. Снова снег, снова стужа... По ночам слышны были громкие сухие хлопки. Это мороз ломал кости деревьям, принявшим временное потепление за настоящую весну и уже пустившим по своим жилам кровь Земли. Застывая, кровь рвала стволы, и звуки этого костолома были похожи на стоны поверивших в оттепель и жестоко обманутых живых существ. Но, побесновавшись немного, зима стала выдыхаться, на этот раз уже бесповоротно. Задул напористый

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А карьеры - это строительный материал, необходимый нам, чтобы выполнить главную задачу, ради которой мы сюда приехали: превратить неприветливую на первый взгляд землю с суровыми природными условиями в прекрасную, говоря словами Есенина, землю с живущими на ней прекрасными людьми. Камень этот достался нам задаром благодаря помощи одного высокого руководителя, уважаемого человека. Но он просил, чтобы мы завтра утром вагоны вернули хозяину, и мы не должны его подвести. Нам в будущем еще не раз понадобится его поддержка. А сэкономленные на покупке камня деньги пойдут на другие важные дела, в том числе, на улучшение жизни работников. Я не буду ставить вам никаких условий, не буду агитировать, уговаривать. Каждый решает сам, будет он работать или нет. Сейчас вам поднесут еще голицы, а завтра - внеплановый день отдыха. Вот все, что я хотел вам сказать.

Все встали и пошли к выходу, по дороге переговариваясь и продолжая обсуждать ситуацию.

– Легко сказать: продержаться, - услышали Кораблев с Трофимовым у себя за спиной голос, - а камешки-то под три пуда. Его тянешь вверх, а он тянет тебя вниз.

– А ты применяй второй закон Ньютона, - шуткой отозвался другой голос.

– Это как? "Бери больше, бросай дальше", что ли? Нет, я уж лучше буду по первому: сохранять состояние покоя или прямолинейного равномерного движения... в сторону своей комнаты.

Трофимов посмотрел на говорящего и узнал в нем парня, который интересовался приисками. Парень отделится от группы добровольцев и направился к административному корпусу упругой размеренной походкой человека, уверенного в непогрешимости своих суждений.

– Ничего не поделаешь, - сказал Виктор Трофимову.- Отсев будет, надо к этому привыкать.

– Да этот паренек мне еще в день приезда показался ненадежным, - отозвался Игорь.

– Все терся

возле вахтовиков с приисков, выспрашивал что-то.

– Ну да ладно... Насильно мил не будешь, - сказал Виктор.

– Ты сходи к ребятам второй смены, попробуй уговорить человек пять-шесть, чтобы вышли на разгрузку. Скажи, что вместо своей смены... А я пойду позвоню Федорову, потороплю его насчет бойцов.

К вечеру раздался гул подлетающего вертолета. По опознавательным знакам Виктор определил, что это был десант из вэчэ. Вертолет повисел в воздухе, словно примеряясь, как лучше приземлиться, после чего плавно опустился. Из него стали выходить солдаты. Последним вышел знакомый уже Виктору по прошлым его визитам прапорщик. Поздоровались.

– Ну что? Не справляетесь?

– с наигранной веселостью спросил прапорщик.

– Да вот... Вагонов много, а с людьми - плохо, - отвечал Кораблев.

– Да еще есть потери.

– Что, неужели пали смертью храбрых на поле боя?

– с веселой ехидцей поинтересовался прапорщик.

– Почти... У одних травмы, другие не выдержали нагрузки и сломались.