Я понимаю твои опасения: боишься, что партия будет руководить наукой. До этого, я думаю, не дойдет. Но, согласись, - и чистой схоластикой наука заниматься тоже не должна.
– У нас схоластикой часто обзывают не только бесплодное умствование, но и вообще любое мышление, - горячился Солотов.
– Но ведь философия учит нас, что есть два раздела человеческой деятельности: материальное производство и духовное производство, причем, как и материальное, духовное производство является самостоятельным и независимым. А вот его инструментом как раз и является мышление.
– И все равно мышление бывает конкретное, а бывает абстрактное, - заметил Кораблев.
– Но даже абстрактное является самостоятельным и независимым только относительно. Так... давай на этом пока остановимся, - в голосе Кораблева
зазвучали примирительные нотки.
– Вопрос ты затронул важный, но он требует отдельного рассмотрения. Мы вернемся к нему несколько позже, а сейчас давай поговорим о текущих делах. В плане первоочередных работ у нас - строительство торфокомбината. Я отметил на карте несколько подходящих мест. Все-таки я не зря топтал эту землю, кое-что заприметил, пока топтал. Нужно бы съездить на эти точки, но тебе сейчас нельзя...
– Послезавтра должны приехать два моих хороших специалиста, - сказал Солотов.
– Один - по торфяникам, другой - топограф. Они не хуже меня разберутся в проблеме. Только им нужен вездеход.
– Вездеход будет, - заверил его Кораблев.
– Место под комбинат пусть выбирают, чтобы недалеко было от торфоразработок и чтобы поближе к северной автодороге. Дальше... Мы стали прорабатывать трассу от железнодорожной ветки до ГМК - и сразу проблемы. Там много болот. Нужно решать, осушать их, обходить стороной или делать насыпные дамбы. Вопросы - по твоему столу.
– Разберемся...
– уверенным тоном произнес Солотов.
– Пусть геодезисты подготовят карту и свои соображения.
– Ну, давай, поправляйся быстрей, - сказал Кораблев.
– И из дома - никуда! Завтра утром я к тебе зайду.
Пока.
Он встал и направился к выходу.
– Постой!
– остановил его Солотов.
– Еще такой вопрос... Стоянка у поезда, как у трамвая: всего три минуты. Надо что-то делать. Мы сегодня, пока выгружались, чуть не уехали дальше.
– Так, значит, все-таки производственная...
– улыбаясь и глядя на ногу Олега Солотова, произнес Кораблев.
– Да ничего не производственная! Говорю тебе, бытовая, - горячился Олег.
– Ну ладно, пусть будет бытовая, - согласился Кораблев и уже серьезно продолжал.
– Со стоянкой пока проблемы. Еле эти три минуты удалось выбить у МПС. А по Пескам - вообще зарубили... Говорят: между Москвой и Новосибирском и так больше сорока остановок. Но будем работать. Ну все... Давай... Пока.
Они попрощались.
20
Виктор вошел в кабинет, сел за стол, подвинул к себе лежащую на столе папку и открыл ее.






