ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня зовут Табита Лоу. Мне восемнадцать, у меня проблемы в колледже, и самая главная угроза моему благополучию — мой отец, которого я боюсь. Я мечтаю о чем-то большем, о ком-то, кто изменит мою жизнь. Я встречаю Зверя при крайне сложных обстоятельствах, когда мой отец продает меня ему за дозу метамфетамина. Я напугана, растеряна из-за того, что меня влечет к этому опасному человеку со шрамами. Но, как ни странно, Зверь оказывается настоящим джентльменом, даже если я желаю, чтобы он мной воспользовался. Но когда отец похищает меня, чтобы перепродать сутенеру, мне не нужен джентльмен. Мне нужен Зверь. «Зверь» — одиночный роман для зрелой аудитории, наполненный настоящей романтикой с вкраплениями образа «Плохого парня». Лаура Белль Пэтэрс ловко переплетает сказку о любви и страсти с экшеном боевика, наполненного любовью и юмором лучших девчачьих фильмов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Наверняка она употребляла алкоголь, пока была рядом с моим отцом, но многие

люди выпивали, и она знала, что я находилась с девочками. Никогда не было такого,

чтобы я вернулась домой, а Кэнди была пьяной

в присутствии малышек.

Я была уверена, что она несколько раз принимала мет, когда находилась рядом с

ними, но... это не означало, что Кэнди занималась этим каждый день или что-то вроде

этого.

— Как думаешь, может ли кто-то иногда принимать мет и не стать наркоманом?

Если речь идет не о ежедневном употреблении или что-то в этом роде? — спросила я.

— Почему ты спрашиваешь? — поинтересовался он.

Я покачала головой.

— Что ты хочешь от меня услышать? Уф. Ладно. В основном, я видел торчков, тех,

кто не мог достать мет в другом месте. Но... но... но, я встречал кучу людей, пока не

оказался здесь, которые несколько раз употребляли метамфетамин и понимали, что это не

для них. Я считаю, что можно изредка употреблять мет, да, но это плохая идея.

Я медленно кивнула.

73

— Это уже не тот вид зависимости, который был в 90-е, когда ты пробовал мет

впервые и вдруг уже был готов сделать все ради наркотиков. Это... происходит

постепенно. Зависимость становится проблемой, когда ты начинаешь думать, что мет —

это лучшее, что есть в твоей жизни, потому что ты готов на что угодно, чтобы получить

очередную дозу.

Зверь вздохнул.

— Что на счет кого-то вроде меня? Я никогда не буду употреблять мет снова. Это

может закончиться действительно плохо. Я не думаю, что смогу остановиться,

понимаешь? Кто-то другой, может, и смог бы.

— Понятно, —

спокойно сказала я.

— Почему ты спрашиваешь об этом? — спросил он.

— Я думаю, что Кэнди делает это время от времени, но мне не кажется, что она —

наркоманка.

Зверь покачал головой.

— Я не такой, — сказал он. — Я имею в виду, что не собираюсь говорить о ней,

будто самый стойкий трезвенник или кто-то вроде этого, но я не думаю, что она

находится в зависимости.

— Ага, — сказала я.

— Матерью быть трудно, — произнес мужчина. — Это тяжелая работа. Внезапно,

когда появляется ребенок, все ожидают от тебя, что ты будешь великолепна.

— Думаю, да, — подтвердила я.

— В смысле, да, баловаться метамфетамином — не самая лучшая вещь, которую

может сделать родитель... но если торчком оказывается отец, то людей это волнует

гораздо меньше. Матери же приходится ставить своих детей превыше всего и посвящать

им всю свою жизнь. Даже если это никчемная жизнь, полная дерьма, они не должны этим

заниматься, так что «быть или не быть» — только их выбор.

Зверь моргнул.

— Понимаешь?

— Мне кажется, да, но я не хочу мириться с этим, — произнесла я.

— Вполне справедливо, — подметил Зверь, поглаживая рукой меня по волосам.

— Моя мама была великолепной, — сказала я, снова закрыв глаза.

— Да?

— Да. На самом деле, по-настоящему хорошей.