ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня зовут Табита Лоу. Мне восемнадцать, у меня проблемы в колледже, и самая главная угроза моему благополучию — мой отец, которого я боюсь. Я мечтаю о чем-то большем, о ком-то, кто изменит мою жизнь. Я встречаю Зверя при крайне сложных обстоятельствах, когда мой отец продает меня ему за дозу метамфетамина. Я напугана, растеряна из-за того, что меня влечет к этому опасному человеку со шрамами. Но, как ни странно, Зверь оказывается настоящим джентльменом, даже если я желаю, чтобы он мной воспользовался. Но когда отец похищает меня, чтобы перепродать сутенеру, мне не нужен джентльмен. Мне нужен Зверь. «Зверь» — одиночный роман для зрелой аудитории, наполненный настоящей романтикой с вкраплениями образа «Плохого парня». Лаура Белль Пэтэрс ловко переплетает сказку о любви и страсти с экшеном боевика, наполненного любовью и юмором лучших девчачьих фильмов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— К несчастью для тебя, Флорес не заботится о кисках, он не ставит их на пьедестал,

— произнес папаша с неприятной ухмылкой на лице. — Он не будет трахаться с тобой

сам. Его заботят только деньги, поэтому он будет продавать тебя своим друзьям.

Я промолчала.

— У него отличная бизнес-модель. Приходишь ради дури, остаешься ради девочек.

Приезжаешь к девочкам, покупаешь наркоту. Все взаимосвязано.

Я так ничего и не сказала. Даже не думала, что смогу.

86

— Ты будешь сутенером у собственной дочери? — ошеломленно спросил Зверь.

—

А чем ты думаешь, я занимался последние шесть месяцев? Я продал ее тебе не для

того, чтобы она подметала твои гребаные полы, и ты это знаешь.

Никто не ответил.

— Ага, я так и подумал, кретин. Ты не такой уж большой и сильный, когда хочешь

быть единственным, кому она достанется, не так ли? Я позволял ее трахать, потому что

получал наркотики, но теперь я отдам ее Флоресу. Пусть ее трахают другие, а я буду

получать за это свою дурь. Или я должен записать это для тебя, как будто ты гребаный

ребенок?

Я вынудила себя оставаться без движения, хотя меня так и подмывало дотронуться до

телефона, который, если мне очень повезет, сможет записать все это.

Но отец бы все понял, если бы увидел какое-то движение.

Папаша мог быть достаточно взрослым, чтобы лепетать как дурак, но он не был

идиотом.

К величайшему сожалению.

— Кроме того, буквально только что, я здесь уже пояснил кое-что твоему

любовничку. Твоему рыцарю в сияющих доспехах. Я не считаю, что ты моя дочь. Мне

кажется, что ты не похожа на меня, и я не думаю, что твоя мать

была достаточно умна,

чтобы не раздвигать свои поганые ноги.

Тишина.

— Ты понимаешь, что это значит? Я потратил последние восемнадцать лет на заботу

о чужом ребенке как конченный лошара. Я много лет назад должен был отделаться от

тебя и твоей гребаной матери и поселиться с хорошей девушкой вроде Кэнди.

Он сделал паузу.

— Может, не вроде Кэнди, сучка становится заносчивой. Когда я избавлюсь от тебя,

то отправлюсь преподать ей урок.

Я поежилась.

Девочки тоже будут в той квартире. Или им придется наблюдать, как он будет

избивать их мать, или они вмешаются, и папаша причинит боль им тоже.

Тут не было хорошего варианта.

Кроме того, я не хотела, чтобы он навредил Кэнди.

Я должна была увести отсюда папашу и дать Зверю возможность

позвонить в

полицию.

То, что отец сказал, будто я не его ребенок, меня совсем не удивило. Это был просто

следующий шаг под действием наркотиков. Злость, агрессия, паранойя.

Все шло согласно его еб*нутой манере поведения.

87

Я должна была увести его от Зверя. После паранойи наступит либо пора

сентиментальных слез, либо слепая ярость, и если это будет гнев, он будет в состоянии

убить Зверя, невзирая на последствия.