– Снято! Сэмми, детка, ты как всегда была неподражаема! Сколько страсти и томительного желания нужно вложить во взгляд, чтобы выглядеть неотразимой и восхитительной! Браво!
– Не называй меня «Сэмми», – холодно одернула его женщина, отдав бокал первому попавшемуся парнишке, видимо, специально приглашенному для помощи в съемках. Для рекламы старинного завода по производству шампанского была приглашена одна из самых востребованных моделей Милана. Она была англичанкой по происхождению и горячей итальянкой по нраву. Её пылкость проявлялась и повадках, и в характере, и во внешности.
Саманта Джеймс, а в скором времени – Вальдес, за девять лет успешной карьеры модели в Риме и Милане, стала почти незаменимой для тех, кто действительно был заинтересован в стоящей и дорогой рекламе. Невозможно пройти мимо ярких, эффектных рекламных постеров с её изображением и не остановиться, чтобы обвести жадным взором эту красивую и роковую женщину, которая, казалось, была способна разжечь в мужчине огонь одним лишь взглядом.
– Извини, – смутился фотограф, отходя в сторону как раз в тот момент, когда дверь студии распахнулась. Высокий темноволосый парень в потертых светлых джинсах и расстегнутой на несколько пуговиц белой рубашке вошел внутрь. Кто бы мог подумать, что этот человек – единственный наследник испанского мультимиллионера, учитывая его небрежный и простой стиль одежды? Кто бы мог предположить, что он и есть мужчина, сумевший добиться от неприступной Саманты Джеймс согласия на брак? Может, девушка смиловалась над ним, потому как их семьи давно дружат друг с другом, и не только в сфере бизнеса. Мать Саманты и Энрике были школьными подругами. Обе удачно вышли за состоятельных
мужчин, обеспечили себе безбедную жизнь и родили детей, которым было словно предначертано соединиться и создать собственную семью.
– Здравствуйте, синьор Вальдес, – поприветствовал его старичок, протягивая ладонь. Мужчина отрывисто кивнул и крепко пожал протянутую руку, не отрывая завороженного взгляда от Саманты. Видимо, он без единого шанса на спасение попал под власть ее магнетической притягательности. В черных глазах Энрике весело играли чертики, но Королева Льда, как прозвали Саманту Джеймс в мире моды, не удостоилась даже обернуться. Девушка открыла карманное зеркальце и принялась смахивать лишнюю пудру с лица. Похоже, приход жениха она восприняла с безразличием.
– Саманта, моя мама ждет нас сегодня вечером в шесть на ужин. Отец возвращается из Мадрида, – оповестил ее Энрике, попытавшись приобнять ее. Однако Саманта резко развернулась и смерила его укоризненным взглядом.
– Почему ты не предупредил меня утром? – раздраженно бросила она. – Я бы перенесла съемку на завтра.






