Нет, Саманта Джеймс уникальна – единственный экземпляр в природе.
Не подчиняется. Не соглашается. Ничего не просит и ничего не ждёт. Живет по правилам, установленным ею самой. И он, Энрике, за годы, проведённые вместе, постепенно научился принимать ее такой, какая она есть, не стараясь изменить ее мировоззрение.
Саманта
очень нравилась его семье. Красивая, острая на язык, богатая и редко улыбающаяся, она была полной противоположностью Марии. Мария любую неудачу встречала с теплой улыбкой, не спорила и не возражала. Даже когда он сообщил ей, что они больше никогда не встретятся вновь, она всего лишь печально посмотрела на него и не проронила ни слова. Ни криков, ни упреков – ничего. На её месте Саманта размашисто ударила бы его и обвинила в эгоизме, потому что она не терпела оскорблений или пренебрежительного отношения к ее значимой в обществе персоне.
А кем была Мария? Дочерью испанских эмигрантов, обосновавшихся в Милане. Обычная и простая студентка первого курса медицинского техникума, дочь младшей медсестры. Она и в подметки не годилась Саманте, одевающейся в самых дорогих бутиках Италии, знающей толк в драгоценных камнях. Может, его отец и был прав, когда сказал, что Мария не принадлежит их кругу и никогда не сможет в него вписаться из-за своего положения и отсутствия манер.
– Синьор Вальдес, – безмолвно наблюдавший за сценой в студии фотограф приблизился к парню, отвлекая его от тягостных размышлений. – Простите, что лезу не в свое дело, но... Когда вы собираетесь пожениться?
Дело в том, что у вашей невесты заключен контракт с нашей студией на пять лет, и через полгода он истекает, однако если она забеременеет, то…
– Как вас зовут? – хмуро прервал сбивчивую речь фотографа Энрике, и тот, проглотив слюну, растерянно ответил:
– Октавио Белини.
– Синьор Белини, ваша работа заключается в том, чтобы фотографировать мою невесту, верно? Какого черта вы вмешиваетесь в ее личную жизнь? Знайте свое место и не задавайте таких вопросов мне, иначе мне придется предпринять кое-какие меры... Кажется, чтобы основать эту студию, вы брали очень большую сумму денег у моего отца, не так ли? И до сих пор не рассчитались с ним?
Старичок побледнел и попятился назад, понимая, к чему ведет Энрике Вальдес. Да уж, он воистину подходящая пара для высокомерной и горделивой Саманты Джеймс, которая порой даже не удосуживалась обмениваться дежурными фразами приветствий с работниками студии. А ее жених возомнил, что весь мир крутится вокруг него лишь потому, что его отец – уважаемый и богатый человек, позволяющий ему прожигать состояние и тратить деньги, а невеста – известная и роскошная модель.






