ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Монстр, Автор - Летняя Лена, , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Монстр Летняя Лена Монстр, Автор - Летняя Лена, , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Глава 1 Мне часто снится этот сон. Я снова прихожу на второе собеседование в Корпус Либертад. Я молода, амбициозна и слишком большого мнения о себе. Немного раздражена из-за того, что Корпус сам пригласил меня, неизвестно где раздобыв резюме, поскольку работу я на тот момент не искала, а теперь гоняет по собеседованиям. Сначала с кадровиком, теперь вот — со старшим следователем группы, в которую меня должны взять, а потом обещают еще одно — с директором направления. Но вместе с тем я испытываю легкое возбуждение от перспективы стать частью одной из самых загадочных и вместе с тем — могущественных организаций Дарконской Федерации. Я сижу в скромной переговорной на троих, на столе передо мной стоит чашка кофе, заботливо поданная секретарем, а старший следователь опаздывает уже на десять минут. Я сижу в тишине, разглядывая скучные стены, и гадая, стоит ли проявить характер и уйти, когда истекут пятнадцать минут — допустимое правилами приличия опоздание. Во сне часть меня уже знает, что произойдет дальше. Эта часть ждет того момента, когда откроется дверь и моя жизнь разделится на «до» и «после». «До» я всегда знала, что любовь — это всего лишь гормоны. Я считала, что слабые к

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Общаться с Линой было непросто. Нет, меня больше не пугало то, кто она. И я не испытывала к ней ни ненависти, ни ревности. Умом я понимала, что в сложившейся ситуации она виновата в последнюю очередь, что она жертва обстоятельств и ее можно только пожалеть.

Это преследует меня всю жизнь: я слишком быстро осмысливаю ситуацию, подавляя эмоциональную реакцию. Я легко смотрю на все с разных точек зрения, ставлю себя на место других. Препарирую факты, разбираю детали и собираю их в общее заново. Это делает меня хорошим аналитиком, но, боже, как же это мешает жить!

Я хотела бы просто возненавидеть Лину. Убедить себя в том, что ее существование противоестественно, что она угроза, что она монстр. И потом поступить так, как у нас было принято поступать с потенциальными угрозами: избавиться. Но я не могла этого сделать. Против этого восставали и логика, и этика. И даже мои чувства. Мои чувства к Маркусу, которые требовали спасти жизнь его копии, найти в химере то, что осталось от человека, которого я любила, и сохранить это.

Мозг против воли искал наиболее правильный вариант развития ситуации и заставлял стремиться к нему, пусть даже этот вариант делал меня абсолютно несчастной. Ведь он предполагал, что Лина и Маркус должны быть максимально «очеловечены», обрести свободу и остаться вместе, растить общего ребенка, а я — смотреть на них со стороны до конца моих дней, зная, что вот так могло бы быть у меня с настоящим Маркусом. Если бы он был жив. Говорят, что знать наверняка, как все сложилось бы, — это самое страшное проклятие. Пожалуй, я с этим согласна.

Маркус, в отличие от Лины, сотрудничать не пытался и облегчить нам задачу не стремился. После того, как его поместили в такую же палату временного содержания, как и Лину, он практически перестал с нами общаться. Он безропотно

позволял брать любые анализы, но все, что требовало активного участия с его стороны, заканчивалось, не начавшись. После нашего с ним разговора, он больше не включался в интервью, мог разве что огрызнуться. С ним пытались беседовать даже Берт и Антуан, но их попытки провалились точно так же, как и мои. Пока мы не знали, как пробить эту стену. Но у него хотя бы не случалось приступов неконтролируемой агрессии, он вел себя абсолютно спокойно. Даже слишком спокойно, отчасти меня это настораживало.

Через неделю исследований, под конец рабочего дня, Антуан пригласил меня к себе в кабинет. Я немного удивилась тому, что он решил поговорить со мной лично. Обычно мы общались или на общих совещаниях, или в присутствии Берта.

Основное освещение в кабинете было выключено, темноту разгонял лишь свет настольной лампы и приглушенной подсветки на стенах. Сам Антуан выглядел уставшим и как будто заметно состарившимся.