Прежде, чем мое затуманенное алкоголем сознание смогло осознать причину этого странного ощущения, Антуан озвучил ее:
— А то, что Лина после этого не захочет тебя видеть, только к лучшему. Я понимаю, что все эти разговоры о сестринских отношениях были продиктованы лучшими чувствами, но посмотри правде в глаза: вы не сестры и не можете ими быть. Я ведь вижу, что происходит. Ты пытаешься быть хорошей. Поступать правильно. Но это каждый день немножко убивает тебя. Ты загоняешь свои страх и боль поглубже, пытаешься быть разумной, потому что этому тебя учили, но ты страдаешь. И если ты пустишь Лину в свою жизнь вместе с Маркусом и их ребенком, с каждым днем страдание будет становиться все невыносимее. Ты можешь остановить это здесь и сейчас. Просто выполнив мой приказ. Ребенка не станет, а Лина пойдет дальше своим путем. Это будет
моя
ответственность, но это станет
твоим
избавлением. Потому что тебе не придется жить внутри этого неправильного треугольника, в котором ты всегда будешь лишней вершиной.
Он ненавязчиво коснулся моей руки, сначала слегка погладив, а потом сжав ее. И это словно пробило брешь в невидимой плотине, сдерживавшей мои эмоции. До того момента в стенах Корпуса я старалась держаться спокойно и уверенно, но сейчас непристойно разревелась прямо на глазах у директора направления. Разревелась от облегчения и стыда, который оно за собой влекло. Потому с тех пор, как вся эта ситуация сложилась вокруг меня, я мечтала о выходе вроде того, что мне сейчас давал Антуан. И я собиралась малодушно согласиться на него.
Глава 14
Нет ничего страшнее неизвестности. Маркус продолжал верить в это утверждение, но в последние дни все чаще задумывался
о том, что кое-что пугает его больше. Предопределенность. Безысходность. Неспособность повлиять на собственное будущее.
Он потерял счет времени, но предполагал, что с того дня, как он сбежал от Рантор и угодил прямиком в раскрытые объятия Корпуса Либертад, прошло около месяца. Примерно две недели его держали в палате, а потом перевели сюда.
Память подсказывала ему, что это подземное хранилище. Вообще-то это место предназначалось для содержания и изучения неизвестных существ и разных опасных артефактов, которые находили выездные команды во время расследований. Сюда убирали все то, что было слишком опасно держать наверху, в палатах, кабинетах и лабораториях. Маркус подозревал, что он единственный человек, содержащийся здесь.
Для него переоборудовали целый зал, создав в нем некое подобие небольшой квартиры. Почти такой же, в какой он жил… Точнее помнил, как жил когда-то. Только без окон.






