У Рантор, конечно, исследования были менее приятные, но сути это не меняет.
— Меняет. Мы пытаемся тебе помочь.
— Помочь? Как именно? Держа меня в изоляции?
— Мы ищем способ подавить в тебе хамелеона, вернуть твою человечность.
Маркус сощурился, чувствуя, как гнев разрастается внутри, но все еще пытаясь сдерживать его. Если он сорвется, две недели притворства пойдут насмарку.
—
Другими словами, вы ищете способ меня уничтожить. Часть меня, во всяком случае. Хотите вернуть того, кому принадлежит это лицо? — он ткнул в самого себя указательным пальцем. — Того, другого. Кем я был когда-то.
— Мы хотим быть уверены, что не выпустим отсюда чудовище. И мне плевать, что думает по этому поводу твоя нечеловеческая половина. Если в ее понимании это уничтожение, пусть так оно и будет. Но я предпочитаю называть это помощью. Ты ведь пытался сделать с Линой то же самое с помощью ритуала.
— Не то же самое, — возразил Маркус машинально. — Ритуал стабилизировал бы ее в том состоянии, в котором она была создана. Я не пытался уничтожить хамелеона в ней. Я пытался остановить его доминирование, чтобы она осталась собой.
— И ради этого ты готов был принести Нелл в жертву? На что вообще ты рассчитывал? Если Лина не остановила бы тебя, вас обоих бы убили, едва открылась бы дверь ритуального зала.
Маркус почувствовал неприятный укол внутри. Возможно, это была совесть его человеческой половины. Или стыд. Что бы это ни было, это заставило его снова взять в руки книгу, бессмысленно перелистывая страницы, только чтобы не смотреть на Антуана.
— Не убили бы. Потому что Лина — это почти Нелл, как я почти тот Маркус, которого вы знали. Я уже не он, но я все, что от него осталось. Поэтому вы не убиваете меня. И Лину поэтому не убили бы. Потому что после смерти Нелл осталась бы только она. А я всего лишь защищал… — он осекся, стиснул на мгновение зубы, проглатывая слова, которые едва не сорвались и не выдали его. — Всего лишь защищал свой вид. Это нормально.
— В этом ты прав, — вздохнул Антуан. — Но именно поэтому мы будем искать способ максимально тебя очеловечить. Потому что мы тоже защищаем свой вид.
— Вы не сможете этого сделать, — очень
четко проговорил Маркус, снова поднимая на него тяжелый взгляд.
— С Линой все получилось.
— Неужели?
— Да, это и есть та хорошая новость, с которой я пришел. Пересадка костного мозга от Нелл восстановила доминирование человеческой половины. Даже усилила его. Лина успокоилась, вспышки гнева прекратились. И теперь она обрела свободу. Корпус сделал ей документы, нашел жилье, даже обеспечил работой. Она теперь полноценный член общества. Ну, почти.
Маркус внезапно резко отвернулся и презрительно рассмеялся.
— Вот оно что! Тогда я определенно в шаге от спасения.






