– Не ходи, оставь ее в покое. Просто побудь здесь, со мной.
Я откинул голову на ствол и уставился в небо сквозь
переплетение ветвей. И только тогда понял, оно было не таким, как всегда. Ни пелены дождя, ни тумана, ни даже просто облаков - чистейшее, прозрачное небо. Высочайший небесный купол усеивали безумно яркие звезды. Одна из них висела точно над домом и издевательски мигала.
– Звезды...- прошептал я.
– А?
– Ирина повернула голову.
– Странно да?
– Ты - странный,- она игриво ткнула меня в бок.- Сейчас дождь начнется. Хочешь помокнуть как в старые времена?
Дождь? Но я видел только звезды... Мерцание... мерцание... мерцание... голова закружилась. Звезды поменяли положение и упали на землю, а дом приклеился к небу.
– Дорогой!
Поверх лица насмерть перепуганной Ирины, я видел, как хоровод звезд опустился на конек дома.
Слабость...
– Ив!
– должно быть я оттолкнул Ирину. Она упала, но я уже не помнил себя. Сияние все разгоралось, и вот в какой-то момент оно начало пульсировать. В такт биению гигантского
сердца. Сияние окутало весь дом, текло по н6ему, принимая форму яйца, покрытого мелкой сетью. Фиолетовый и до боли режущий синий. Лезвие полоснуло по глазам, закричав, я заполз на ступеньки рванул дверь и начал карабкаться по ступенькам. Ступени превратились в уступы неприступной скалы, я не видел перилл, не видел ничего в этом свете. В свете раздался шорох и треск, будто скорлупка яйца лопалась, производя на свет монстра.
Вершина скалы оказалась верхушкой лестницы - я на втором. Но свет был неоднородным. Там, где находилась комната ив он превращался в свою полную противоположность, там умирал всякий свет. Словно слепец, вытянув руку, я пошатываясь, побрел к провалу. Я бежал, но ноги отказывались двигаться быстрее. Любое движение проходило с невероятным сопротивлением, будто я шел сквозь густое желе. Другая рука схватилась на стене за что-то, оказавшееся подсвечником. Жалкое подобие оружие против этой темноты и того, что ждало в ней. Хруст стал громче, а потом сквозь него послышался тонкий, почти на гране слышимости писк. Но я закричал, схватившись за уши - потекла кровь.
Я почти оглох и ослеп, когда добрался до провала.
Под ногами
распростерлась бездна, усеянная звездами. И последи нее крошечное пространство - пушистый ковер с кошкой на нем, край кровати, будто обкусанный зверем, часть письменного стола и окно. Нереально резкие контуры его затмевали все. Я видел каждую щербинку, каждую точку, каждую ворсинку на занавесках. Каждый волосок на голове дочери, которую держал в руках-крыльях монстр с головой дракона и телом человека. Внезапный порыв ветра толкнул в спину и я полетел вперед и распластался на ковре.
– Врешь, не уйдешь! Гад!
– но крик принадлежал не мне, а Роду - вцепившись в ногу дракона, он рванул на себя.






