Боец неуклюже касается меня руками, боясь причинить боль. Я опускаю его ладони на свою грудь, накрывая поверх своими ладошками. Провожу подушечками пальцев по сбитым костяшкам возлюбленного — кожа на них уже покрылась корочкой. Моя первая реакция — злость. Не уверена она из-за того, что он пустил по ветру свой шанс стать чемпионом в этом году, или из-за того, что Круз, возможно, даже испортил свою карьеру бойца. Но я молчу. Сильное чувство любви заполняет собой кровоточившие раны.
— Спасибо, — шепчу я.
— Лейла. — Наклонившись, Круз едва касается губами моего лба. — Я думал, что ты умерла. Я не смог справиться с этим.
— Ты ударил Джага!
Я изо всех сил пытаюсь выдавить улыбку. В ответ, мужчина изгибает уголки собственных.
— Это так.
— Лейла. — Джаг застыл в футе от моей кровати. — Расскажи ему всё сейчас же.
Прикусив губу, я сжимаю ладонь Круза, когда тот в защитном жесте застывает рядом со мной. Я киваю спустя миг. Не буду приукрашать. Не смогу. Мне стоит сделать это прямо сейчас — иначе я никогда не решусь.
— Я забеременела на первом курсе колледжа. От Эша. Его семья потребовала, чтобы я сделала аборт. Я отказалась. Papi и Abuela согласились с моим выбором. Я собиралась отдать ребёнка на усыновление. Эш не был счастлив, но смирился. Так как мы учились в местном колледже, и моя семья была близко — всё шло хорошо. Но на шестом месяце у меня начались схватки. Ребёнок родился
мёртвым.
Слова засели глубоко внутри.
Круз молчал. Мужчина так и держал свою руку у моей груди. На его лице не было ничего, кроме сочувствия. Ни единого признака отвращения или разочарования.
— Мне удалось вернуться в колледж. Мне казалось, что со временем всё наладится. Вернётся на круги своя. Но потом я застукала Эша и Шелби. Это стало переломным моментом. И я сбежала.
— Спасибо, — прошептал мужчина, склоняясь над кроватью и касаясь своими губами моих — потрескавшихся и разбитых.
— Круз, мне так жаль, — я вцепилась в его футболку.
— Не надо. Всё кончилось. — Круз вновь проводит своими губами по моим. — Он больше никогда не причинит тебе боли.
— Ты разрушил свою…
— Даже не думай. Это в прошлом.
Парой мгновений спустя, напряжение в палате начинает таять. Держа руку у груди девушки, я вспоминаю ритм ударов её сердца. Единственное, что я хочу — вытащить Лейлу из этой кровати и прижать к себе.
Мой порыв останавливает вид её избитого тела. По дороге сюда, мать Лейлы всё мне рассказала. Женщина настояла на том, чтобы внести залог — даже, после моего непреклонного отказа. Она сказала, что её дочь, когда очнётся, будет во мне нуждаться. Она поведала мне и о травмах девушки — сломанное ребро, сотрясение мозга, внутреннее
кровотечение, которое врачам удалось остановить, и множественные ушибы.






