Разум тонет в воспоминаниях о каждой унции боли и мук. Мир меркнет перед глазами. Я вновь слышу Abuela. Прямо у моего уха. Она шепчет слова поддержки на испанском.
— Лейла, ты должна тужиться. — Её ладонь касается моего лба. — У тебя получится, малышка.
— Она мертва, — вновь и вновь срывается шёпотом с моих губ.
— Она ушла домой к своему Отцу. Ты должна тужиться. Ты должна сделать это.
Я оглядываюсь на папу, что всё так же держит
мою вторую ладонь в своей — по его лицу бегут слёзы.
— Она мертва, — беспрерывно повторяю я, пока кошмар наконец-то не заканчивается.
Перед глазами темнеет, а после — мир вновь наполняется оттенками. Я держу на руках свою малышку. Часы напролёт, в то время, как должна была проводить свои весенние каникулы на Кабо [49], я не отпускаю её. Даже не смотря на всю печаль, раздирающую мою душу, я всё равно не променяла бы возможность поглаживать пальцами густые тёмные волосики своей дочери — на шанс оказаться в этот же миг в любом другом месте на Земле.
Открыв глаза, я понятия не имею, сколько прошло времени. В противовес моему воспоминанию о прошлом в комнате повисла тишина. Повернув голову, я замечаю Джага, свернувшегося на крошечном стуле. Предмет мебели вот-вот развалится на кусочки под его огромным телом. Я соскучилась по блеску его глаз. Сейчас под ними пролегли круги всех оттенков тёмного. Я аккуратно приподнимаюсь на кровати, не желая разбудить дремлющее чудовище.
Но все мои усилия бесполезны. Каждая мышца в теле кажется вялой и совершенно бесполезной. Повернув голову в другую сторону, я наблюдаю за тем, как просыпается Papi. Перехватив мой взгляд, мужчина всего за долю секунды оказывается на ногах.
— Детка, — шепчет он, убирая
волосы с моего лба. — Как ты себя чувствуешь?
— Дерьмово, — просипела я.
— Я позову медсестру.
Мне удаётся схватить мужчину за руку прежде, чем он успевает развернуться.
— Нет.
Папа замер, уставившись на меня.
— Круз. — На этот раз мне удаётся выговорить его имя. Одно простое слово так легко соскальзывает с моих губ. Я продолжаю: — Что произошло? Почему я здесь?
— Ты не помнишь?
Я нахмурилась. В моей памяти только обрывки произошедшего.
— Банк, тамале, проулок…
С последним слетевшим с губ словом, мой голос затих. Я вспомнила, что произошло. Всё кажется таким далёким от реальности — словно кто-то просто рассказал мне об этом.
— После того, как тебя увезли в операционную, объявилась твоя мама.
— Она была там, — перебиваю я Papi.
Мой голос звучит громко и испуганно.
Подпрыгнув со своего стула, Джаг становится рядом со мной.
— Здесь
ты в безопасности, детка. Мы не оставим тебя.
— Круз? — Вновь спрашиваю, настаивая на том, чтобы получить чёртов ответ.
Почему его здесь нет? А затем в моей голове вспыхивает всего одно слово. Ребёнок. Угроза Эша, когда он избивал меня.






