Кир долго молчит, мой живот полон, пытаюсь разглядеть, что изображено на карте на столе рядом. И вдруг соглашается.
— Я отпущу тебя только тогда, когда посчитаю, что ты отработала долг. Жить будешь на женской половине, жалования у тебя нет.
— А оружие? — перебиваю его.
— Выберешь в оружейной мастерской. Если я пойму, что ты меня обманываешь или работаешь в чужих интересах…
— И экипировка. Мне нужна новая экипировка…
— Лира! — рычит Кир.
— Я все поняла, князь, если разочарую тебя — сам меня убьешь, — беззаботно сообщаю. Пусть только снимет с меня свою печать, сразу же исчезну из этого города, и отправлюсь на край света. — Так что там с экипировкой?
— Закажешь у Ори, нашего мастера-оружейника. Махи, наставник, тебе покажет.
— Это хорошая сделка, Кир. Я стану для тебя хорошей охраной, потому что никто не станет воспринимать хилую рабыню серьезно.
— Я еще
не принял от тебя присягу на верность. Если после тренировки с моими дружинниками пойму, что от тебя действительно есть толк, то найму тебя, если нет…
— То убьешь меня или продашь, — заканчиваю его мысль.
Наш разговор очень удачно прерывает Роук, он зовет Кира на встречу с послами королевства Хору и уходит. Встаю из-за стола. Князь подходит ко мне, берет за подбородок, по-хозяйски гладит лицо, шею, снова запускает пальцы в мои волосы.
— Откуда ты, Лира? — снова прокатывает во рту мое имя.
— Я не знаю, мы с учителем часто переезжали, — почему-то почти шёпотом отвечаю ему.
— Кем были твои родители?
— Я не знаю, меня младенцем нашел учитель и вырастил, — говорю, а сама закрываю глаза от наслаждения, когда пальцы Кира путешествуют по моей шее.
— У тебя благородная кровь. Кто ты, Лира? — говорит он мне шёпотом на ухо.
— Я не знаю, учитель подобрал меня где-то у реки, до вчерашнего дня я была уверена, что мои родители были нищими рыбаками, которые решили избавиться от лишнего рта, — зачем-то рассказываю то, о чем знали только мы с учителем.
— Ты очень красивая, Лира, у тебя идеальное тело, — мягко говорит Кир, проводит пальцем по моим губам, которые мгновенно открываются, ожидая поцелуя. — Почему у тебя не было мужчин?
— Потому что девственницы дороже стоят, особенно с хорошей кожей. Так вероятность того, что меня купит кто-то богатый, кто сможет дать рабыне, хорошую жизнь увеличивается.
— Я продам тебя хорошему человеку, — отвечает Кир и отпускает меня. Он как-то сразу становится уставшим, садится в кресло, выдыхает, глухо говорит. — Иди, маленькая рабыня.
Ушла, бухнулась на топчан.
Что это сейчас было? Уверена, если бы Киру не стало плохо, я бы выдала ему еще что-нибудь. Демоны! Князь умеет колдовать, это, наверняка,
его магия на меня так действовала через печать.






