На ее странице полно фотографий, и на них она выглядит такой счастливой. Все ее любят. У нее десятки тысяч подписчиков. Иногда она делает небольшие публикации о том, что ела на завтрак или как сегодня выглядит ее рабочее место. Иногда публикует интересные моменты или забавные истории из жизни.
Две недели назад она ушла из моего гостиничного номера в Сиэтле. Я снова отпустил ее.
Тогда это казалось правильным. Невозможно
щелкнуть переключателем и перейти от ненависти к сладкой, чувственной любви как у Барри Уайта.
(Примеч.: Барри Уайт — американский певец в стиле ритм-энд-блюз, пик популярности которого пришелся на середину 70-х годов).
Кроме того, я был слишком гордым.
Мне нужно было подкрепить свой гнев, а если бы я начал бегать за ней, это уничтожило бы все эмоции, которые я испытывал эти полтора года. Это доказало бы ее правоту, доказало бы то, что она достойна прощения. А я еще к этому не готов.
— Кстати, можешь присмотреть за Джо сегодня? — спрашивает Локк.
— Что?
Он ухмыляется.
— Она ложится спать в семь тридцать. Сегодня я встречаюсь с девушкой.
— Локк.
— Она старый друг. Ничего такого.
— Да. Конечно, друг. — Я не поведусь на это. — Чувак, я никогда раньше не присматривал за ребенком. Никогда не менял подгузники. Никогда не готовил смесь для кормления.
— Да ладно. Я позабочусь об этом перед тем, как уйду. Ретт, пожалуйста. Она та еще соня, и очень редко просыпается посреди ночи. А если проснется, то просто дашь ей бутылочку, немного подержишь на груди, и она уснет, — заверяет он меня. — Я буду дома не позднее полуночи. И все время буду на связи.
Я глубоко вздыхаю. Никогда в жизни не был нянькой, но она моя племянница, а он мой брат, и ему пришлось пойти на жертвы, чтобы стать таким отцом, которого она заслуживает. Конечно, ему помогает няня, но все его ночи и выходные посвящены Джо.
Количество свиданий сократилось более чем вдвое. Он по-прежнему продолжает встречаться с девушками, но не так часто, а Джо стала его приоритетом номер один.
— Ты часто ходишь на свидания? — спрашивает он. — Надеюсь, часто, потому что девушки здесь в Филадельфии… Уф. Горяченькие. И такие милые.
Я ухмыляюсь.
— Неа.
— Почему... черт возьми? — Он
наблюдает за Джо.
— Просто не хочется. — Мне еще предстоит рассказать Локку, что я все еще повернут на Айле. Он попытается прочистить мне мозги, а я не в настроении выслушивать все это. Он не верит в то, что можно быть так повернутым на ком-то, и говорит, что нужно идти вперед, как будто этого человека никогда и не существовало. Но я не могу этого сделать.
А хотелось бы.
— Хотя, может, это и к лучшему, — говорит Локк, ухмыляясь. — Не думаю, что кто-то захотел бы... ну, знаешь...
с дикобразом
.
Он может обзывать меня как хочет, сколько ему угодно. Мне все равно.
— Заткнись, — усмехаюсь я.






