Я чувствую себя выдохшейся, и мое тело не знает, должно ли
оно радоваться, грустить или нервничать.
Я снова перечитываю сообщение, покусывая большой палец и пытаясь восстановить дыхание.
Будет тяжело, но мне нужно игнорировать
это
.
Я должна игнорировать
его
.
Так будет правильно — покончить с этим раз и навсегда, потому что я не могу достучаться до него. Мы не подходим друг другу.
Мне ничего не остается, только оставить Ретта Карсона в своей памяти. Того Ретта, которого больше не существует. Именно так я и сделаю. Я буду любить его тихо, издалека, какой у меня есть выбор? Мы не можем продолжать ходить кругами.
И он прав. Я не спасу его снова.
Глава 45
Ретт
Вторая остановка книжного тура Айлы проходит в Миннеаполисе одновременно с моей игрой в Сент-Поле, и я решаю, что должен ее увидеть. Может, это последний раз, когда наши пути пересекаются, и если я не скажу ей то, что
хочу, прямо сейчас, у меня больше никогда может не появиться такого шанса.
Приняв душ, я выхожу из раздевалки и пишу ей смс. Уже поздно, и она, скорее всего, в постели, но мне все равно. Я сообщаю ей, что в городе и что знаю, она тоже здесь. Пишу, что смогу добраться до нее через час. Прошу ее выслушать меня, и если она никогда не захочет меня больше видеть, то отпущу ее раз и навсегда. Пишу, что думал — о ней, о нас, но, в основном, о ней. Что сделал выводы.
Проходит двадцать минут, и она, наконец, отвечает:
Только сегодня. Не целуй меня. Не трогай меня.
Я отвечаю, что не могу пообещать того, что не буду пытаться ее поцеловать, но могу пообещать, что в этот раз буду нежен. Она ничего не отвечает, только присылает мне адрес своей гостиницы, и, как и обещал, через час я оказываюсь у ее двери.
Ее руки скрещены на груди, и она соблюдает некоторую дистанцию между нами. Она защищает себя, и я понимаю, что мне будет трудно. Я хочу сказать ей, что для меня это так же сложно, как и для нее, но сегодня речь пойдет не обо мне.
Речь о нас.
— Мне трудно принять тот факт, что ты его сестра, — начинаю я. — И я
ненавижу
, что ты хранила это от меня в тайне в один из самых черных периодов моей жизни. Ненавижу то, что влюбился в тебя так сильно, так быстро, и что ты меня подвела.
Она сжимает губы, взглядом упираясь в пол.
— Но я не могу тебя ненавидеть, — добавляю я. — Я пробовал. Не могу.
Айла вытирает пальцем щеку и смотрит в сторону.
— Я не могу ничего изменить, — продолжаю я. — И, судя по всему, у меня два варианта. Либо я буду жить с этой зияющей дырой
в своем сердце всю оставшуюся жизнь, обвиняя тебя, либо могу найти способ наладить наши отношения.
Она поднимает взгляд и смотрит мне в глаза.
— Я все еще сержусь на тебя, — говорю я. — Но все равно влюблен.
Я проглатываю ком, застрявший в горле, и игнорирую то, как сжалось мое сердце в груди.






